— Ладно, ты отлично справился, — подбодрил я разведчика, а Кровавым оркам, изъявившим желание присоединиться ко мне, я сказал, — Спасибо, друзья! Вы спасли честь своего племени. Надеюсь, вы не посрамите её и в грядущем бою.

В принципе у меня всё было готово для наступления. Осталось лишь дождаться ночи, ибо в темноте у меня будет преимущество в воздушном бою. Я летаю на драконе гораздо быстрее любого вражеского наездника, а ночью попасть по мне напалмом будет еще сложнее.

* * *

Солнце еще садилось за горизонт, а я уже выслал свою орду вперед.

Орки были голодными, жратва совсем закончилась еще утром. Зато вместе с ней закончилась и брага, так что по крайней мере мои бойцы будут трезвыми. А еще злыми с голодухи.

— Завтракать будем в императорском дворце, — пообещал я парням, — Из золотой посуды императора. Это как максимум. А как минимум — будем там же обедать.

Про ужин я ничего не сказал. Я планировал, что битва займет меньше суток, если она растянется надольше — то мои орки просто обмякнут от усталости и падут, а мне такого не надо. Я всё еще рассчитывал нанести смертоносный первый удар, после которого людишки будут умолять меня о переговорах.

Когда моя орда под командованием вождей ушла — в лагере остался только я, мой ящер Штром, которого я усадил на дракона Снежка, да еще семеро моих драконов. Ну и горы мусора, оставленные орками. Лес, где мы стояли, был загажен хуже любой пригородной лесополосы. Банок и бутылок после орков не оставалось, зато моя орда засрала всё прогорелыми кострищами, дерьмом — орочьим и волчьим, а еще обглоданными костями.

Еще в лагере остались трое орков, которые съели что-то не то и теперь страдали поносом, их я определил сторожить пленника-драконовода со сломанными ногами.

Оставшись почти один в Подстоличном лесу, я ощутил странное чувство пустоты. Я прождал еще пару часов — пока совсем не стемнеет, и пока орда по моим расчетам не достигнет городских стен.

В лесу наступили сумерки, а потом и вовсе стемнело. Где-то далеко заухала сова, а потом со стороны города раздались оглушительные крики — будто там начинался фестиваль или рок-концерт.