— Жаль, что вас приходится устранять. В правильных руках вы могли бы стать превосходным оружием.

Гаттак поднял свой колючий, полный ярости и презрения взгляд и произнес уже не своим голосом:

— А кто тебе сказал, что он не в тех руках?

Глава 29 На волосок от гибели

Глава 29

На волосок от гибели

Все произошло настолько стремительно, что Массер даже не успел понять смысла последней фразы, сказанной Гаттаком. Нет, сами слова до клирика дошли, да и слетели они вроде бы с уст разведчика, но только сказаны они были так, словно их произнес вовсе не он, а кто-то другой. Кто-то, кто имел в своих руках столько власти, сколько ни у кого во всей Родине не было. Очень не понравились старшему клирику эти слова.

К слову, о руках: пленник почему-то оказался не закован в наручники — вопиющая халатность подчиненных! Хотя Массер готов был поклясться, что в кабинет Гаттака заводили в кандалах, сейчас он демонстративно показывал свободные от оков руки и смотрел на клирика волком. Ну да и Бор с ними, с руками, важным было другое — почему все четверо клириков личной охраны Массера никак не отреагировали на это? Вместо того что бы накинуться на пленника и вновь заковать его в наручники, они синхронно вскинули свои бластеры, направили их друг на друга и все с той же нечеловеческой синхронностью нажали на спусковые крючки. Звуки сразу четырех выстрелов слились воедино. Лицо Массера обдало жаром бластеров, но одновременно с этим по спине в пробежал холодок. Нехороший такой холодок. Четыре прожженных насквозь трупа рухнули со всех сторон от Гаттака, а кабинет наполнился тошнотворным запахом паленого мяса.

Массер оцепенел от ужаса, он был не в силах шевельнуться. Гаттак же встал со своего стула, перешагнул через тело одного из охранников и медленно подошел к старшему клирику, и в ту же секунду угасла и его последняя надежда на спасение. Клирики, охранявшие коридор, услышали выстрелы и ворвались в кабинет, но, вместо того чтобы напасть на разведчика, оба внезапно замерли, словно вкопанные, вскинули оружие и направили стволы Массеру в лицо. Глаза их при этом не выражали ровным счетом ничего. Полное отсутствие эмоций на лицах, пустые затуманенные взгляды охраны позволили Массеру осознать простую истину: клирики себя не контролируют, их контролирует кто-то другой. Их контролирует Гаттак.

— Значит, они все… — не спросил, а скорее констатировал факт разведчик, уходя с линии огня. — Я узнал всё, что было нужно.

С этими словами Гаттак коротко кивнул в сторону Массера, и оба клирика синхронно выстрелили. Два плазменных заряда буквально испарили голову старшего клирика. Фонтан крови сначала мощной струей достал до потолка, а потом превратился в маленькую брызгалку, бьющую в унисон затухающему ритму сердца. Тело Массера покачнулось, обмякло и неуклюже сложилось пополам.