— Теперь, похоже, нужно обезглавить этих рабынь и полить их кровью головы богов. Быть может, если мы так поступим, то они (боги и твоя голова) примут жертвоприношение, — дали королю совет приближенные.

И вот король повелел рабыням, каждой отдельно и справа налево, петь свою песню до предсмертной ноты, чтобы обезглавливать их всех с песнопеньями. Потому что он должен был обезглавить их сам, когда у каждой кончится песня.

Ну, и рабыни поневоле запели — первая та, что стояла справа. Как только песня приблизилась к завершению, король своеручно обезглавил рабыню, а его приближенные, приподнявши тело, полили кровью из перерубленной шеи головы богов и голову короля. Король обезглавливал всех рабынь подряд, пока не настала очередь Симби, стоявшей правее своих подруг — Рэли, Сэлы, Кадары и Бако, — которые в свою очередь стояли правее, чем все остальные жертвенные рабыни родом из разных чужедальних земель.

И Симби, по умению замечательно петь — еще до кражи от состоятельной матушки, — запела длинную печальную песню. А в ней (песне) повторялись слова, которые Симби не уставала петь: «Сжалься, король, и даруй нам жизнь!»

— Ха! А-хха-а! Разве тебе не ведомо, что сегодня в полночь ты стала рабыней этих богов? — вскричали король и его вожди.

— О, избавьте, вожди, нас от этих богов!

— Ха! Ахха-а! Послушайте-ка, вожди, о чем она просит! — воскликнул король, обратившись к вождям.

А потом и король, и его приближенные, и простые подданные — из-за двери святилища, потому что им вход в святилище запрещен, — песенно отозвались на просьбу Симби:

— Слушайте! Слушайте! Она просит вождей, чтоб ее отпустили живую и с головой. Но ей неведомо, что нынешней полуночью она превратилась в рабыню богов, которые отведают — через несколько минут — крови от ее обезглавленного тела: для этого-то его (ее тело) и обезглавят.

Услышавши их ответ, Симби не растерялась. Она, наоборот, собрала все силы и мигом запела танцевальную песню.

Но едва она запела танцевальную песню, король, вожди, именитые горожане и простые подданные за дверью святилища, сразу же растеряв свои здравые чувства, пустились плясать — кто здесь, кто там — с громкими кликами и счастливыми воплями.

Они танцевали, все разом и вместе, а Симби спрашивала себя в уме, как бы ей понадежней спастись от смерти.

«Если б я послушалась предостережения матушки, ничего подобного со мной не случилось бы, — мысленно говорила она себе. — Увы и ах! Сегодня среди полуночи мне предстоит умереть. А потом мой дух отправится к матушке и сообщит ей, что меня принесли в жертву богам Города Грешников», — с глубокой болью печаловалась она.