Все это время Тео не сводил глаз с рычащего Люпуса. Однако, когда Феликс хлюпнул носом, юный Лев не сдержался и быстро глянул на друга. По бледным, покрытым грязью и песком щекам стекали крупные слезы из-за глубокой обиды.

– Я знаю, – прохрипел сквозь слезы Феликс. – Знаю, что никчемен. Знаю, что ни на что не способен. Я это прекрасно знаю, мама. – Он посмотрел на Далилу самым искренним взглядом, на который был только способен. – Но уж лучше я буду таким жалким неудачником, нежели стану таким же монстром, как ты, мама.

Зеленые глаза Далилы расширились. Она шумно задышала, ее тонкие руки заметно задрожали. Легкий румянец расплылся, и лицо стало почти бордовым от гнева.

– Что ты хочешь этим сказать, Феликс?

Слезы струились по щекам парня. Он старался их смахнуть тыльной стороной ладони, но не получалось. Тео не знал, что хотел сделать больше: сказать Далиле, что она худшая мать на свете, или накричать на Феликса за сентиментальность на поле боя. Теодору не терпелось разобраться с Далилой, чтобы догнать друзей и помочь им справиться с Кассиопеей. Время шло, а дара Льва внутри оставалось все меньше. Слезы Феликса совсем некстати.

Но Тео лишь вернул сосредоточенный взгляд на Люпуса.

– Ты жестока, – наконец ответил Феликс. Его голос звучал совсем сипло. – Ты мучаешь людей и разрушаешь их дома. Ты делаешь все, чтобы достать книгу Зодиака. Ты ужасна, мама. Ты – монстр.

Далила вскипела, ее зеленые глаза потемнели, длинные пальцы вцепились в ткань черного платья. Вряд ли такую привлекательную женщину когда-либо называли монстром.

– Я – монстр?! – Она пронзительно запищала. – Да ты хоть знаешь, для чего я все это делаю?!

Феликс мотнул головой, а Тео навострил уши.

– Так вот знай! Все это для бездарных неудачников! Таких же, как ты!

Сердце Феликса забилось с новой силой. Он знал, что, стоило только его маме разозлиться, ее было уже не остановить.

– Это ничего не объясняет и никак тебя не оправдывает, – подкинул дров в огонь Феликс.

Негодование Далилы заставило ее позабыть об осторожности.

– Не оправдывает, говоришь?! – взвизгнула она. – Я хочу лучшего для таких, как ты, Феликс! Я хочу равенства!

Когда Феликс непонимающе уставился на нее, она усмехнулась и продолжила гораздо тише, но с ядом в каждом слове:

– И если для этого мне нужно отобрать дар у каждого из Сильнейших, отыскать книгу и уничтожить великие Знаки, уж поверь мне, именно так я и поступлю.

Секунды шли. Далила ухмылялась. Тео замер. Кажется, тоже перестал дышать.

– Ты… ты хочешь убить самих Знаков? – упавшим голосом спросил он.