Феликс впервые упомянул мать по имени. Его голос еле слышно дрогнул.

Если они пойдут за Террой и Греем, то есть вероятность, что Феликс умрет от потери крови раньше, чем они выберутся наружу. И Тео это понимал.

Но также есть вероятность, что Грей с Террой могут находиться в такой же смертельной опасности.

Вдруг ноги Феликса подкосились, он чуть не упал. Тео схватил его, перебросил его здоровую руку через плечо, позволив опереться о себя.

– Грей тебе поможет, – выдохнув, твердо сказал Тео. – Идем.

Феликс посмотрел на него. Зеленые глаза вновь налились слезами.

– Мы не можем их бросить.

– Мы их не бросаем. Не плачь, – тут же жестко приказал Тео, но потом чуть мягче добавил: – Не сейчас. Сейчас нужно идти.

Их взгляды скрестились. Теодор был выше, смотрел на парнишку, чуть наклонив голову. Тео ничего не говорил про Далилу. Не напоминал о том, каким наивным дураком был Феликс, раз понадеялся на материнское милосердие.

Феликс был ему благодарен за это молчание. Парнишка шмыгнул носом, кивнул и, держась за юного Льва, поплелся вместе с ним в комнату Близнецов.

Феликс обрадовался, когда осознал, в какое помещение они направлялись. Он предвкушал встретиться со статуей Близнецов. С его родным Созвездием.

Тео толкнул тяжелую каменную дверь. Почему-то комната не была освещена настенными факелами и люстрой со свечами. Стояла кромешная тьма. Оба подростка сразу ощутили неладное. Почему помещение отличалось от других?

Когда они ступили внутрь, дверь за ними тут же захлопнулась. Если бы не боль, Феликс обязательно бы подпрыгнул на месте от испуга. Несколько долгих секунд они стояли в полной темноте. Юноши тяжело дышали, не двигались. Голова Теодора гудела после падений и столкновений с врагом. На секунду ему даже подумалось, что, может, он просто ослеп, поэтому ничего и не видит.

Однако Тео отмел свои догадки, как только на стенах заполыхали факелы. Вот только никакой люстры на высоком потолке не было. Комната показалась в несколько раз меньше предыдущих. Отсутствовали пыльные ящики и сундуки. В центре маленькой комнаты не стоял гранитный пьедестал с бронзовой статуей Знака на нем. Впрочем, совсем это помещение не пустовало. Тут стояло нечто другое, заставившее Тео и Феликса изумленно расширить глаза.

– Что это? – прохрипел Феликс. – Я думал, мы шли в комнату Близнецов.

– Я тоже так думал, – пробормотал Тео.

Они вместе похромали к статуе, стоявшей в углу. Она оказалась совсем не бронзовой. Фигура широкоплечего мужчины, слепленная из серой глины, запылилась и покрылась несколькими слоями тонкой паутины. Статуя мужчины возвышалась над подростками на две головы. Лицо сохранило четкие очертания: круглые глаза, волевой подбородок, короткие волосы и сдвинутые на переносице широкие брови.