— Погорячился?! Город сгорел на три четверти.

— Зато русской водки вам много оставил.

— Мерси, все уже перепились, — буркнул Лористон.

— И хорошо. Человек под хмельком добреет.

— Гм, гм… Ваша светлость, император предлагает заключить перемирие.

— Неужели? — всплеснул руками Кутузов. — Вот счастье! Вот спасибо! — Великий полководец смахнул слезу. — Жаль, нет у меня на то никаких полномочий.

Лористон растерянно захлопал глазами.

— Что же делать?

— А не поехать бы вам на… — Кутузов зевнул, — на перекладных в Петербург?

— Однако, пока я туда — сюда буду ездить, так и зима придет.

— И слава богу. В снежки будете играть, снежных баб себе налепите. Красота! Чем еще вашей армии в Москве заниматься?

Лористон вскочил.

— Мы еще очень сильны! Наш император готов в любой день дать вам решающее сражение и победить.

— Ждем-с, — спокойно отвечал фельдмаршал. — А пока пишите письма. В Санкт — Петербург.

И посланник Наполеона ни с чем убрался восвояси.

Глава 60. Трепещи, Европа!

Глава 60. Трепещи, Европа!

Наступило 16 октября. Партизаны еще почивали, когда в лагерь вихрем ворвался казачий гонец.

Он выскочил на опушку и, взвив коня на дыбы, заорал во все горло:

— Братцы! Наполеон из Москвы удрал!!