В то же время Велас, оставшийся в столовой среди своей семьи, чувствовал себя просто отвратительно. Только что на его глазах его товарищ попал в сложную ситуацию. Казалось бы, Велас мог хоть как-то помочь, будучи принцем, но на самом деле у него не было никакого влияния на императрицу. Раз даже вторая принцесса не смогла вмешаться, тогда что мог сделать он?
Однако даже сам этот факт не мог достаточно успокоить Веласа. Помимо чувств, вызванных собственным бессилием, его также одолевали сомнения по другим причинам.
— А ты чего не ешь? — прозвучал насмешливый женский голос. Принцесса Сениана, сидевшая напротив Веласа, с иронией осматривала его лицо. — Неужели после своего позорного поражения кусок в горло не лезет?
— Бедняга, — вторила Камелия, изредка хихикая. — Ты можешь взять тарелку и унести ее к себе. Может, в коморке вкуснее будет?
Велас уже не реагировал на все эти выпады. Он был настолько погружен в себя, что постоянные усмешки сестер уже даже как-то не трогали его.
Внезапно в этот разговор вмешалась сама Мартина. Она, грозно посмотрев на дочерей, прошипела:
— Сениана, Камелия, замолчали и вышли вон.
Обе девушки побледнели. Они взглянули на императрицу и почти хором протянули:
— Матушка… но почему?
Мартина выглядела еще недовольнее и строже, чем раньше. Даже спор с Латишей не сумел разозлить ее настолько. Смотря на дочерей, она внятно и четко начала объяснять им:
— В отличие от вас двоих, Велас, Анна, Урсула и Адриана проявили себя во время нападения на дворец. А что делали вы?
— Рыцари сказали, — заговорила Камелия, — что лучше оставаться в своих комнатах.
— И вы послушно остались? — Мартина усмехнулась. — Решили просто проигнорировать то, что на нас напали? Где ваша гордость?
— Но, — оправдывалась Сениана, — вы же не говорили, что…
— Вы по моей указке сколько жить будете?! — Мартина практически закричала. — Совсем своей головой не думаете?