— Да понял я, — встав рядом со мной, проворчал он.

— Лора, запритесь на замок, — попросил я и снова повернулся к окну.

Продолжая вести прицельный огонь, через пару минут я услышал, как внизу распахнулась дверь, а следом раздался шквал выстрелов. С моей позиции были хорошо видны яркие огненные вспышки и то, как твари падают одна за другой, но мы не справлялись. Наверху нас было не больше десяти человек, а их внизу целое полчище. Как бы мы не напрягали усилий, у нас не выходило прикончить каждого зараженного, мчащегося к открывшемуся входу в дом.

Я понятия не имел, сколько это продолжалось. Время словно бы подвисло в воздухе и перестало существовать, да я о нем и не думал. С момента, как открылась дверь, могла пройти как минута, так и все тридцать, настолько оно потеряло значение. Я отмерял его лишь по количеству сраженных мной тварей.

Несмотря на мороз, пот застилал мне глаза, указательный палец правой руки одеревенел от постоянного нажатия на спусковой крючок, а они все прибывали и прибывали. Как приливные океанские волны, твари выкатывались из темноты сквера и по одиночке или же целыми ватагами вбегали под лучи прожектора. Часть из них находили там свою окончательную смерть, но большинство рассеивалось по территории вокруг дома.

Когда в спальню раздался громкий настойчивый стук, по всему моему телу прошлась холодная зыбь. Она успокоилась, только после того, как я услышал голос Митчелла. Лора мигом открыла, но едва увидев его лицо, чуть было не захлопнула дверь снова.

Он был насквозь мокрым от пота, с трудом мог дышать, а по его лицу растекалась грязная зловонная жижа. Сквозь нее проглядывали блестящие каким-то безумным возбуждением глаза, а открытый от нехватки воздуха рот обнажал белоснежные зубы. Из-за этого казалось, будто он улыбается беспечной улыбкой олигофрена.

— Нам кое-как удалось закрыть дверь, — растирая по лицу смердящую массу, свистящим от одышки шепотом выговорил он. — Стоило этой нечисти увидеть лазейку, как они все ломанулись в холл. Их привел Вуд. Он был одним из первых, кого я уложил. Узнал его с трудом, так сильно изменилась его рожа, но сомнений нет.

— Чертов сукин сын! — воскликнул я, только теперь сообразив, какую допустил ошибку.

Я должен был пристрелить его еще там, когда понял, что он уже заражен, но кто бы мог подумать о такой их находчивости. Было почти немыслимо представить, что Вуд умудрился выбраться из того дома, примкнуть к остальным и привести сюда целую армию. Пока я осмысливал услышанное, Роб продолжал стрелять. Опомнившись, я поторопился присоединиться к нему.