Я действительно собирался бороться, пока хватит сил. Страх уже отступил, оставив вместо себя решимость любой ценой спасти Терри и выжить самому. Если потребуется, я готов был зубами вырывать из лап тварей свою жизнь и жизнь дочери, но когда пойму, что проиграл — пущу пулю в висок. Сначала ей, а потом себе.

Обойдя Митчелла, я приблизился к собравшимся у фонаря мужчинам, обвел всех взглядом и неожиданно для самого себя твердо произнес:

— Снаружи их много и они уже поняли, что мы внутри. На помощь никто не придет. Бежать некуда. Этот дом — все, что у нас есть. Соберитесь, парни, мы обязаны его отстоять. Я иду наверх и буду отстреливать ублюдков в окно. Кто со мной?

Все тотчас пришли в оживление, будто только и ждали, когда кто-нибудь скажет им, как нужно действовать. Десятки ртов заговорили разом, но пресекая шум и поднявшуюся суматоху, я продолжил:

— Несколько человек должны остаться внизу. Если уроды все-таки выбьют дверь, необходимо не дать им ворваться внутрь. Патроны беречь, стрелять прицельно и только в голову. — Снова осмотрев каждого по очереди, я с мрачной убежденностью добавил: — Мы выстоим. Ну, кто со мной? Включаем прожектор над входом и отстреливаемся до победного.

Повернув голову, я встретился взглядом с Митчеллом. От растерянности в его лице не осталось и следа.

— Нам понадобится свет, Сержант. Пошли кого-нибудь в подвал.

Сжав мое плечо, он с благодарностью кивнул, отослал Эдвардса в подвал, чтобы тот включил электрогенератор, а затем принялся распоряжаться, кто из мужчин остается внизу, а кто идет наверх. Не дожидаясь остальных, я схватил Терри за руку и направился к лестнице. Лора неотступно следовала за нами.

Вихрем взбежав на второй этаж, мы втроем прошли в чью-то спальню и в то же мгновение на улице зажегся прожектор. В незашторенное окно ярким снопом ударил холодный голубоватый свет. Его сияние больно резануло по зрачкам, лишив на время способности четко различать предметы.

Прожектор был огромным и очень мощным. Его еще в декабре где-то раздобыл один из наших парней и поначалу, когда он притащил его в метро, все только посмеялись, но потом мы перевезли его в дом и установили над входом. Сегодня он наконец пригодился.

Жмурясь от его слепящих лучей, я приложил ладонь ко лбу и осторожно подобрался к оконному проему, но стоило мне выглянуть наружу, как я обомлел. Несколько секунд я стоял и сокрушенный, придавленный, одурманенный все повторял про себя фразу: «Нам ни за что не отбиться! Нам ни за что не отбиться! Ни за что не отбиться…»

Яркий поток света озарял толпу зараженных, которые так же, как и я, на время замерли, закрываясь от бьющих в черные глазницы лучей. Их действительно было не меньше сотни. Нет, больше, гораздо больше. Твари окружали дом со всех сторон и, казалось, их числу нет предела.