Часть 9.
Часть 9.
— От чего времени осталось совсем немного? — шелестел сквозь вуаль тонких штор мягкий молодой девичий голос.
— Не могу сказать. — отвечал юноша в тени под открытым окном. — Я хотел попрощаться.
Луны на ночном небе были едва прикрыты облаками, не давая достаточно света, чтобы разглядеть друг друга как следует, но укрывая нежной полутьмой улицу, взволнованные лица молодых людей и их трепещущие сердца. Парень в стеганой куртке и высоких кожаных сапогах сделал шаг на освещенную масляными фонарями дорогу, красуясь. Добротный лук за его плечами и колчан полный стрел даже не покачнулись. Он был воплощением грации.
— Мне было приятно знать тебя, Юлия. — юноша слегка поклонился. — Я знаю, как найти тебя в другой жизни. Я знаю, как помочь тебе вспомнить.
— Жизнь у всех одна. — вздохнул силуэт за шторкой. — Мы не в силах этого изменить.
— Прощай. — юноша открыл панель персонажа отточенным взмахом ладони. — Я был счастлив встретить тебя.
— Мне было приятно и интересно с тобой, глупый Айзек. — голос девушки дрогнул, силуэт скрылся в глубине дома. — Прощай.
Короткая вспышка. Тело взмокло, пропитало внутренности новенькой вирткапсулы. На всплывшем окне нейроинтерфейса маячили несколько красных тревожных строчек о состоянии гормонов и поднятом до небес пульсе.
Айзек не шевелился. Жало нейропривода уже несколько минут как покинуло тело парня, огни капсулы погасли, комм настойчиво пищал о срочном вызове по внешней связи. Парнишка поднялся, сбросил сырой костюм прямо на пол, отправился нагишом в душ в соседней комнате.
— Сынок! — голос матери слышался словно сквозь вату.
Они пересеклись в коридоре. Айзеку не было дело уже не до чего. Он встал под горячий душ. Сердце щипало, грудь горела, колени не слушались, комм все требовал ответить. Для того, чтобы успокоиться понадобилось еще три минуты. Сегодня парень не хотел принимать препараты. Он жаждал этих эмоций. Настоящих, искренних, своих. Только
— Логинов, мать твою, младший! — раздался сокрушительный рев отца в голове мальчика.