Антон задумался. Природный катаклизм в 1966 году? Кажется, землетрясение в Ташкенте. Но это же Средняя Азия, тысячи километров отсюда! Не может быть, чтобы подземная железная дорога простиралась так далеко?

Он хрипло произнес:

– А если я не хочу жить вечно? Я может быть, хочу нормально умереть… в свое время. Ваш мир построен на энергеле, вы держитесь за него, как утопающий за соломинку. Но что произойдет, если энергель исчезнет? Я знаю, что с этим веществом что-то происходит…

– О, это всего лишь выдумки и профанация! – перебил его старик. – Энергелий вечен, как вселенная… Да, он иногда ведет себя скверно, шалит, как малое дитя. Я знаю, как его успокоить.

– Я думаю, что вы врете, – хмуро сказал он. – Вам, конечно, удалось прожить довольно долго. Хотя… стоит оно того? Мне кажется, ложь и предательство – слишком большая цена, которую вы заплатили за то, чтобы вечно лежать в этом вашем растворе.

Старик вперил в него взгляд белых глаз.

– Значит, ты обо всем знаешь? – медленно спросил он. – И как же ты догадался?

– Просто случайная мысль… Она пришла мне в голову, когда я рассматривал статую Чурилова. Вы знаете, как в Римской империи экономили на памятниках? Высекать целый памятник дорого, а императоры часто менялись, поэтому практичные римляне придумали статуи со съемными головами. При смене императора старую голову откручивали, а на ее место ставили новую, что обходилось дешевле. В общем, вся эта история с самого начала казалась мне сомнительной. Вот я и решил проверить. В тот момент терять было нечего… Тогда я написал вам: «Я знаю, кто вы».

– Ловко… – произнес старик. – Да, поначалу я не хотел вас впускать. Слишком велик риск. Но твое сообщение меня заинтриговало. Я давно пришел к мысли, что мне нужен помощник. Молодой, здравомыслящий, с амбициями, без этого тягостного пессимизма… Здешние мне не подходят, они избалованы и чересчур погружены в науку. Ты думаешь, что оказался здесь по воле случая? Кхе-кхе… Я знал, что в один прекрасный день здесь появишься ты.

Антон застыл. Ему вдруг припомнились странные сновидения. Неужели старик обладал способностью навевать эту жуть?

– В этом мире все имеет свою причину, – продолжил старик. – Твое появление – это знак. Ты простодушен, но умен и проницателен… Вместе мы свернем горы! Неужто ты намерен всю жизнь сочинять свои программы-эпиграммы, угождать низкой черни? А что до твоих желаний, так ты же сам явился сюда, чтобы насладиться идиллией, разве не так? Чем тебе не идиллия, дружок?

Антон открыл рот, но старик не дал ему произнести ни слова.