Правда, подпив по поводу «обмывания» звания, один из офицеров сказал:

– Подметки рвешь? Небось, на дочке полковника хочешь жениться? Она-то уж выросла, взрослая девица! Чем не партия? У полковника свой дом в Москве. Завидная невеста!

Хотелось врезать ему по зубам. Если сам подлец и карьерист, не надо мерить всех людей под себя. Но в офицерской среде заниматься мордобоем не принято, считалось, что распускать руки могут лишь нижние чины. А с другой стороны, на войне какие дуэли? И без этого почти каждый день в полку потери, и не только солдат, но и унтер-офицеров и офицеров.

Дуэли появились в Италии в XVI столетии, а через век мода выяснять отношения силой оружия разошлась по Европе. До России добралась в петровские времена. Но в 1706 году Петр I подписал Краткий артикул, в котором запретил дуэли под страхом повешения. В 1716 году наказание за поединки было ужесточено в Воинском уставе: дуэлянтам и их секундантам грозила не только смертная казнь, но и конфискация имущества.

Позже, с императрицами, запреты почти исчезли. В Европе большинство дуэлей происходило на холодном оружии – шпага, рапира, сабля – и почти никогда на мечах. У России своя особенность, дуэлянты стрелялись на пистолетах. Специально выпускались наборы дуэльных пистолетов – два абсолютно одинаковых пистолета в одном деревянном футляре. Один калибр, одинаковая длина ствола, равные условия. Пистолеты заряжали секунданты и разыгрывали по жребию.

Были определенные правила, в поединке могли сходиться только равные по положению противники. А причиной могли быть поруганная честь оппонента или его дамы. Условия обговаривали секунданты. В России условия были более жесткими, чем в Европе. Там стрелялись с дистанции в тридцать шагов, а в России с десяти. Вероятность смертельного исхода возрастала. Опоздание дуэлянта на пятнадцать минут считалось уклонением от дуэли и потерей чести, что для дворянина – катастрофа. Стрелялись по сигналу одновременно или по очереди; первым стрелял тот, кого вызвали.

Кстати, Пушкина вызывали на дуэль двадцать девять раз, но друзья успевали договориться с полицией, и поэта арестовывали по мелочной причине; заключение считалось причиной уважительной и порухой чести не являлось. Горяч был поэт, и одна из дуэлей на Черной речке кончилась для Александра Сергеевича смертельным ранением.

Алексей офицера вызывать на дуэль не стал – пьян человек, не контролирует себя, – но офицера запомнил.

Глава 8. Во Франции

Глава 8. Во Франции

Незлопамятен Алексей, жизнь научила быть более терпимым, снисходительным к ошибкам людей, к оговоркам. Но преднамеренных обид, унижений не прощал. Не всегда сразу, но обязательно «ответку» давал. Не получая отпора, некоторые люди наглеют. Однако месть – блюдо холодное. Пусть время пройдет, улягутся эмоции, станет понятно, насколько реальна обида. Вполне может оказаться, что обида мнимая, показалось и попытки унизить со стороны оппонента не было. А если это все-таки обида, то по прошествии времени вызревает план мщения. А сгоряча можно дров наломать.

После поражения в Битве народов от Наполеона отвернулись многие соратники, правители европейских стран, бывшие до недавнего времени его приверженцами. Известное дело, у победы много отцов, а поражение всегда сирота. В его армию вступать добровольно уже никто не хотел, мужчины прятались от насильственного призыва в деревнях, в городе – в потаенных местах. Мужское население Франции значительно сократилось, и вербовщикам собрать еще раз армию не удалось бы даже при большом старании. Высокопоставленным приближенным уже было понятно, что поражение не за горами и грядет час расплаты. А французы при всей легкости их нравов могут быть и жестокими, стоит вспомнить Мюрата, при участии и по инициативе которого рубили головы многим непричастным и невиновным.

А тем временем войска коалиции готовились к походу. Пополнялись новобранцами, делали запасы пороха, свинца, ядер для пушек, провизии. Франция – страна зажиточная по сравнению с некоторыми странами Европы. К тому же наполеоновская армия из покоренных государств вывезла богатые трофеи. Поэтому и рядовые солдаты, и монархи жаждали победы, трофеев и суда над Бонапартом. А еще предстоял дележ границ, колоний – в общем, большие перемены.

Как и на любой войне, процветали шпионаж, предательство, подкуп, пособничество врагу. Как пример – Австрия. Наполеон одержал над ней победу, Австрия стала его союзником. После развода в 1809 году с первой женой, Жозефиной Богарне, Бонапарт женился на дочери императора Австрии Франца I – 1 апреля 1810 года в Париже кардинал Феш обвенчал Бонапарта с Марией-Луизой. И в январе 1814 года Шварценберг, главнокомандующий австрийскими войсками коалиции, получил секретное предписание своего императора не переправляться через Сену и не идти на Париж. Как же можно Францу, императору Австрии, обидеть Наполеона, своего родственника, зятя? Лишь настойчивая позиция русского императора Александра I заставила Шварценберга продолжить движение к Парижу. Впрочем, делали это австрийцы неспешно, давая Наполеону возможность для маневра, в котором он очень нуждался, ибо эпоха побед для Бонапарта закончилась.

Предательство среди союзников было делом обычным, каждый искал свою выгоду. Россия и Пруссия хотели покончить с Бонапартом, ибо корсиканец доставлял много проблем. Англия и Австрия желала вытеснить французов из Германии и Италии. Австрия не хотела усиления России, и Наполеон играл роль противовеса, отвлекая на себя русскую армию.

Когда каким-то образом о секретном послании императора Австрии Шварценбергу стало известно русскому командованию, Алексей подумал, что среди офицеров ближайшего окружения австрийца есть информаторы и неважно, за русские деньги они добывают важную информацию либо по убеждениям (в чем Алексей сомневался). Стало быть, можно подбросить в штаб Шварценбергу важную «дезу», заставив, таким образом, австрийца действовать в нужном для русских направлении.

Вот только надо продумать – какую конкретно дезинформацию? Чтобы выглядела правдоподобно и австриец в нее поверил, стал предпринимать шаги. А уж если бы Шварценберг каким-то образом передал ее корсиканцу, было бы и вовсе великолепно. Или другой вариант. У Наполеона еще полно верных ему людей. Все же территория французская, и если демонстративно устроить передвижение войск, императору донесут. Бонапарт при всех своих недостатках – отличный полководец, можно сказать, талантливый. Уже сколько раз он доказывал это на деле, малым числом побивая противника, значительно превосходящего его. Потому что тактик и стратег прирожденный, имеющий большой опыт ведения боевых действий. И не жаден. Многие трофеи, взятые французами в покоренных странах, достались не ему, а его военачальникам, родне, даже дальней. И на шпионов он тоже денег не жалел. А они – его глаза и уши в тылу противника. К сожалению, руководство войсками коалиции пренебрегало разведкой.

Алексей принялся размышлять. После Битвы народов союзники не смогли отрезать путь на запад разбитой французской армии. Корсиканец еще обладал силой, в отходившей армии оставалось около ста тысяч боеспособных воинов. Вышедшая ей наперерез баварская армия была разбита Бонапартом 18 октября у Ханау, и французы переправились через Рейн. Войск для маневра у Наполеона мало, и прорыва войск союзников к Парижу он опасается. Падет столица – падет его власть. Каждый правитель страшится быть низвергнутым, потому что власть у императоров почти безграничная. Это слишком притягательно – властвовать над миллионами подданных, осознавая, что от твоих решений зависят судьбы стран и народов. Что может сравниться с этим чувством! А как говорится в поговорке, мертвого льва может пнуть каждый осел.

Со своим предложением Алексей вечером направился к полковнику. Вечером, потому что ежеминутно не будут мешать – гонцы с депешами, офицеры с докладами.

Полковник сидел за столом, курил трубку. Судя по ароматному запаху – табак английский, из колоний. И где только доставал?

– Садись! – широким жестом указал командир полка на стул и продолжил: – Как служится?

– Без происшествий. Мысль одну хочу с вами обсудить.

– Даже так? Интересно послушать!

Алексей подробно изложил свои соображения.

– Хм, думаешь, сработает?

– У Бонапарта сил под рукой уже мало, на угрозу обязательно среагирует.

– Мне надо обсудить с генералом. Не дай бог накладка, а если без одобрения действовать будем, не миновать трибунала. Я переговорю завтра же, к вечеру подойди.

Значит, заинтересовался полковник. Не почувствовав выгоды, не засобирался бы к командиру дивизии. В любой государственной структуре за инициативу, приведшую к потерям, бьют сильно.

Алексей с трудом дождался вечера, когда полковник вернулся из штаба дивизии.

– Осмелюсь спросить, Павел Яковлевич, о результатах.

– Ишь ты, робкий какой! Одобрил твою задумку генерал, но войска под это не дал. Ты задумал, ты и исполняй. В твоем распоряжении рота, которой ты командуешь!

Алексей обескуражен. Как можно одной ротой, сотней егерей, сымитировать переброску полка или дивизии? Бонапарт далеко не дурак, противник хитрый, умный и опасный. Созданная коалиция государств почти год не может справиться с армией Наполеона, хотя по численности она сейчас сильно уступает той, с которой корсиканец вторгся в Россию. Да и солдаты у Наполеона в 1812 году были отборные: обученные, имевшие боевой опыт. А сейчас половина его армии – новобранцы. Однако и с ними он ухитряется бить союзников. Непостижимо!