— Ты для начала хоть с себя это проклятье сними, — Лера развернулась и пошла по направлению к остановке. Тарахтящий автобус медленно выезжал из проулка.

***

В универе не было линейки по причине плохой погоды. Всех студентов обрадовали вестью о том, что сегодня они освободятся на час раньше в связи со смещением расписания. Лера узнала об этом уже в деканате.

— Первый день и сразу прогул? Не с того Вы начинаете свою студенческую жизнь, барышня, — седовласый старичок с густыми и торчащими во все стороны бровями негодующе проводил воспитательную работу.

— Я не знала, что линейки не будет, — ответила Лера без малейших признаков угрызения совести.

— Любое официальное мероприятие является обязательным для каждого студента! — продекламировал старичок, глядя куда-то поверх провинившейся студентки. Лера даже обернулась на мгновение посмотреть, не выбита ли эта надпись на побелённой штукатурке за её спиной.

— Вы напрасно вертитесь и совершенно зря оправдываетесь! За любое нарушение дисциплины в нашем университете полагается отработка.

Последнее слово вызвало у Леры неприятные ассоциации. Ещё в начальной школе мама однажды взяла её с собой на завод, в школе был санитарный день. Лере тогда разрешили поиграть на заднем дворе. Она не увидела, к своему большому разочарованию, ни качелей, ни горок. Но в памяти остался огромный контейнер, на котором белой краской было написано: «Отработка». Мама на все расспросы о содержимом этого контейнера только развела руками и сказала: «Обычный мусор». Обычный мусор… Вот кто она теперь в глазах всего деканата.

— И что нужно делать?

— Сейчас, барышня, отправляйтесь на оставшуюся пару, а после занятий найдёте завхоза. Ступайте.

Лера уже не чувствовала себя мусором. Она вновь превратилась в героя компьютерной игры в жанре РПГ. Итак, мудрый друид послал её пройти обучение в школе мастерства, повысить уровень, а потом найти гнома-механика и помочь ему почистить какой-то древний артефакт. Для эльфийки с её опытом это был квест на раз плюнуть.

Пара по социологии оказалась не весть какой заумной, но темп речи лектора был в разы быстрее школьного уровня. Записывая всё мелким почерком, Лера временами принюхивалась к листу тетради, чтобы понять, не дымится ли он.

— Если писать ещё быстрее, можно без всяких линз и трущихся палочек добыть огонь. Полезное открытие для туриста с высшим образованием! — прочитал её мысли (или озвучил свои?) темноволосый парень, сидевший рядом. От него пахло какой-то фруктовой жевательной резинкой. Пиджак и белая рубашка «а-ля выпускной» наводили на мысль, что его родители не стали под университет менять гардероб своего ребёнка.

— А на первой паре диктовали так же быстро? — поинтересовалась Лера и добавила: — Можно я твои записи на телефон сфоткаю?

Парень как-то неожиданно смутился и слегка покраснел. Оказалось, что первой по расписанию была философия («Социология, философия… Из нас делают каких-то слишком занудных туристов»). Слушая восторженные воспоминания преподавателя о прошлогодних симпозиумах, сосед Леры от скуки начал рисовать в тетради каких-то птиц (или это были истребители «Стэлс»?). Столь интимное и, что уж тут скрывать, не к месту детское творчество он протянул с большой неохотой. Вводная тема, судя по скудному записанному тексту лекции, обозначала философию как ключевой предмет в деле формирования будущей личности. Лера убрала телефон, сосед облегченно выдохнул. До конца пары они больше не разговаривали.

Поиски завхоза завершились довольно быстро. Его кабинет попался Лере по пути в буфет, где она планировала слегка перекусить перед неизвестным предстоящим испытанием. Но увидев табличку на двери и раздающиеся за ней голоса, она решила не оттягивать неминуемое.

— Здравствуйте, можно?

— Что, опять унитаз забился? Как же вы надоели со своими прокладками! Есть же мусорное ведро в конце-то концов! — гном-механик продемонстрировал свой нулевой навык предвидения. Хотя, по правде сказать, для гнома он был немного высоковат, и явно не доставало бороды. Из общих черт Лера отметила только внушительный пивной живот. Нетактичные предположения из области женской гигиены она решила пропустить мимо ушей.

— Меня прислали из деканата к вам на отработку.

Глаза завхоза просияли. Возникло ощущение, что в списке его любимых слов отработка занимает место в самом топе, где-то между зарплатой и премией. Он тут же отпустил уборщицу, которой ещё минуту назад делал какие-то внушения, и поспешил навстречу «добыче».

— Девочка моя, — сказал он, подойдя вплотную и буквально окатив Леру волнами ароматов пота, кислого дыхания и дешёвой туалетной воды, — ты моя спасительница!

Завхоз быстро ввёл её в курс дела, и курс этот ей не очень понравился. Выяснилось, что студенты-историки за годы существования универа накопили и натаскали в студенческий музей кучу всякого барахла. И ближайшие часы Лере предстояло протирать пыль со стендов, мыть пол и вообще всячески готовить экспозицию к завтрашнему приезду «высоких гостей». В помощь ей завхоз пообещал прислать всех «товарищей по несчастью», если таковые появятся. Из каморки гнома-механика она выходила с очень угрюмым выражением лица.

— Что-то не то съела? — услышала Лера за спиной знакомый голос. — Местный буфет — это тихий ужас. Я и сам боюсь там травануться. Видела какого цвета там салат с крабовыми палочками?

— Не надо про буфет, пожалуйста, — Лера обернулась и увидела кареглазое лицо соседа по парте.

— Я и говорю, гиблое место.

— Это ты ещё не знаешь, куда я сейчас направляюсь, — покачала головой Лера.

— У меня только одно предположение, и оно не совсем вежливое…

— Да успокойся ты! Ничего я не ела, и ничем не травилась. Меня за прогул первой пары отправили чистить стенды в музей и драить полы. А крепостное право, между прочим, отменили ещё в… — она вопросительно посмотрела на однокурсника. Тот развёл руками, и они оба рассмеялись. — Ты тоже, как и я, играл в телефон вместо подготовки к ЕГЭ?

— Предпочитаю комп, иногда консоль.

— Эльф? Гном?

— Танкист, — ответил парень и они опять начали смеяться. Настроение Леры заметно улучшилось.

— Спасибо за моральную поддержку, — улыбнулась она ему. — Меня, кстати, Валерия зовут. Для друзей Лера. Для виртуальных друзей Валериэль, эльфийский рейнджер.

— Захар. И для друзей, и для родителей, и для паспортного стола, — он протянул руку.

— Очень приятно, — после рукопожатия ответила Лера. — Хорошего тебе дня, Захар.

— Мы что, уже прощаемся? — он искренне удивился. — Ты думаешь, русский танкист может бросить эльфийку в беде?

От всего своего эльфийского сердца Лера была благодарна Захару. Узнав у стоящего перед доской объявлений преподавателя местонахождение музея, они направились прямиком к нему. Не зная, что жить в этом мире им оставалось не больше двух часов.

***

— Тропа народная к нему не заросла, но, мать моя, сколько же здесь пыли, — Захар водил шваброй туда-сюда возле небольшого бюста Пушкина.

— А с этого стенда с монетами можно сотню отпечатков пальцев снять, — отозвалась Лера, продолжая усердно тереть стекло тряпкой. — Подай, пожалуйста, пульверизатор.

Захар прислонил швабру к стене и подошёл к подоконнику взять бутылку с чистящим средством.

— О, к нам похоже идёт помощь, — воскликнул он, указывая на улицу. Из небольшой пассажирской газели вылезло трое мужчин в униформе.

— Папа, — охнула Лера. — Что он тут делает?

— Твой отец работает в клининговой службе? Эксперт по чистоте? — удивился Захар.

— Скорее уж гид по лабиринтам канализации и борец с засорами, — задумчиво ответила она, доставая из кармана телефон.

Звонить отцу во время рабочего дня было почти бесполезно. Он очень редко брал трубку, так как руки были либо заняты, либо слишком мокрые и грязные. Чаще всего Лера писала ему при необходимости сообщения, а он в обеденный перерыв или во время передышки печатал ответ. Но сейчас была не та ситуация.

— Алло? — раздалось в трубке после шестого или седьмого гудка.

— Папа, привет, ты как очутился в моём университете?

— О, дочка, солнце моё, в какое окно мне помахать?

— В самое грязное, на третьем этаже, — засмеялась Лера и сама открыла окно и помахала рукой. Отец её заметил.

— Ты там ещё долго? Я минут через тридцать подойду, как закончу, — раздалось из трубки.

— Закончишь с чем?

— Я до конца не понял. Звонил ваш заместитель ректора по хозяйственной части, как он выразился. Что-то кричал в телефон про туалеты и критические дни. Не думаю, что там что-то серьёзное.

— Хорошо, заходи потом. Я в музее.

«Всё же какой-то скилл предвидения у этого гнома имеется», — отметила про себя Лера. Они продолжили с Захаром уборку, стараясь меньше разговаривать. Каждый раз, как они поднимали ту или иную тему, она оказывалась настолько интересной для обоих, что работа практически прекращалась. Это грозило возвращением домой за полночь.

— Почему танкист? — спросила Лера во время одной из вынужденных передышек. Она сняла с правой руки резиновую перчатку и внимательно рассматривала сморщившиеся пальцы.

— А что не так? — вытирая пот со лба, поинтересовался Захар.

— Игры — это вроде как попытка убежать из этого мира в интересный уголок. Где нет всех этих траблов, всего этого горя реального мира. А ты, получается, окунаешься в самую пропитанную болью эпоху Великой Отечественной войны.