Он сбрил бороду, избавился от приметной серьги, а неизменный берет с фазаньим пером заменил широкополой шляпой, и в полумраке помещения я узнал его лишь после непозволительно долгой заминки. Микаэль тоже зевнул; он ещё только рванул из ножен шпагу, а Сильвио де ла Вега уже тычком в спину отправил к нам костлявого сеньора и отступил от лестницы вглубь коридора. Маэстро отпрянул в сторону, уклоняясь от столкновения, но неудачно – потерял равновесие, да ещё отпихнул товарища де ла Веги прямиком на меня, не дав вскинуть выхваченный из саквояжа пистоль. Удар сбил с ног, мы покатились кубарем, а в следующий миг я врезался затылком о деревянную балясину с такой силой, что из глаз полетели искры. Но пересилил боль, спихнул с себя обмякшее тело и скомандовал:

– Уве! Держи его! – А сам ухватил оброненный пистоль и бросился вслед за ринувшимся в погоню Микаэлем.

– Магистр! – нагнал меня истошный крик школяра уже на последних ступенях лестницы. – Магистр, стойте!

Я обернулся и вскинул оружие, но Уве навалился на худощавого сеньора, и не было никаких причин для паники. Лишь миг спустя стало ясно, что паренёк не удерживает пленника, а зажимает колотую рану в его спине. И тот не пытается высвободиться, просто бьётся в агонии.

– Ангелы небесные! – выдохнул я, не зная, что предпринять.

Это ведь точно профессор Граб! Сильвио неспроста его кинжалом в спину ткнул!

Сильвио!

Из дальнего конца коридора донёсся стук и треск, и я рванул на помощь Микаэлю.

– Магистр! – продолжил истошно вопить Уве.

Я проигнорировал его крик, повернул за угол и обнаружил, что маэстро Салазар ломится в одну из квартир.

– Давай! – крикнул он, мы прыгнули разом, слаженно ударили плечами и выломали запор. Сходу проскочили тесную прихожую и очутились в гостиной с распахнутым настежь окном.

Микаэль подскочил к нему и выглянул на улицу, злобно ударил кулаком по подоконнику.

– Драного осла уши! Ушёл!

Я быстро обежал остальные комнаты, заглянул под кровать и даже проверил платяной шкаф, но Сильвио и в самом деле сиганул в окно.

– За мной! – крикнул я скрипевшему от злобы бретёру и рванул обратно в холл.

Уве зажал рану в спине уложенного набок профессора какой-то тряпкой, та уже промокла и буквально сочилась кровью.

– Да где же вы, магистр?! – вскинулся школяр. – Он умирает!

– Мик, глянь! – скомандовал я, сбежал по лестнице, подскочил к входной двери и запер её на засов.

Маэстро Салазар без промедления опустился на колени рядом с раненым, оттёр плечом Уве и накрыл ладонями рану. Тогда я ухватил школяра за руку, заставил его подняться на ноги и потребовал: