— В этом доме уже ничего не удивляет.

* * *

Дом, тем временем, оживал. В глубине сада у водопада появилось гнездо: мягкое, переливающееся магической слизью, источающее лёгкое свечение. Первое яйцо уже покачивалось в ритме тихого дыхания. Два новых фамильяра — предположительно для Юли и её будущего ребёнка — были на подходе. Артефакт под водопадом пульсировал, излучая доброжелательное тепло, словно знал — семья растёт, и магия начинает течь по земле как живая кровь.

В стороне, у новой строительной зоны, трудились техномаги. Первый коттедж на границе пустыни был почти готов.

Голубая стена закатного неба отделяла россыпь рек от золотых песков. Здесь скоро будет посёлок. Здесь будут жить те, кого Ла Риса спасёт.

* * *

Вечером, когда звёзды ожили на небосводе, Ла Риса сидела на балконе. Сильмри — теперь её муж — стоял позади, молча расчесывая её волосы пальцами, острыми, но аккуратными.

— Твоё имя? — спросила она, глядя на Барсика, свернувшегося у огня.

— Я забыл его, — ответил сильмри. — Но ты можешь назвать меня как хочешь. Моя душа теперь с тобой.

— Тогда… пусть будет Крэн. Звучит, как ветер в крыльях, — прошептала она.

— Крэн, — повторил он. — Мне нравится.

* * *

Поздно ночью, когда все уже разошлись, и тишина легла по углам, Ла Риса вернулась в свою комнату.

На подушке лежало анонимное послание. Материал — ткань памяти. Разворачиваешь — и голос звучит прямо в сознании:

'Есть мир, закрытый для всех, кроме тех, кто заплатил за молчание. На этой планете существуют мужские питомники. Да, именно те, о которых шепчутся в кошмарах. Детей-мальчиков, рождённых от землян, продают, чтобы воспитать их в послушании и подчинении. Их потом передают в гаремы, ломают, переписывают память…

Тебе решать, Ла Риса, хочешь ли ты изменить судьбу тех, кто может стать твоим народом.'

Она сжала пальцы. Перчатка затрещала.

Барсик открыл один глаз и спокойно сказал:

— Думаю, пора снова лететь.

Ла Риса встала, взяла перо, чернила и написала одно слово:

«Да.»

Глава 54

Глава 54

Утро принесло свежесть — редкую, почти ласковую для этой планеты. Ла Риса стояла у окна своей комнаты, наблюдая, как изумрудные лианы ползут по стене дома, послушные магии артефакта. Вокруг кипела жизнь: техномаги закончили постройку коттеджей на границе пустыни, юные фамильяры щебетали в гнезде у водопада, и Барсик, не теряя достоинства, охотился за невидимыми врагами в саду. Всё было живым, настоящим, её.

Юля, сияя, как всегда, не скрывала беременность. Она не просто расцветала — она будто стала частью этой земли. Даже её голос изменился: в нём появились мягкие нотки власти. Кураторша Эриэн уже всерьёз обсуждала с ней создание отдельной школы подготовки будущих землянок — тех, кого, возможно, Ла Риса спасёт.

Переименованные в Ла Рису и Ла Юлю, женщины официально оформили свой род — Род Орлин, по древнему земному слову «орёл». И в этом было нечто символическое: взлететь из рабства к звёздам, раскинуть крылья над чужой планетой и назвать её домом.

Свекровь — величественная, как буря, и опасная, как ядовитый цветок — появилась внезапно.

Её корабль был тонким, изящным, будто вырезанным из серебра и света. Женщина в сопровождении магических охранников прошла по дорожке из света, ведущей к дому, и остановилась перед Ла Рисой. Несколько секунд она просто изучала её.

— Ты всё ещё здесь, — произнесла она. — Хорошо обустроилась. Но уже пора. Ты не можешь вечно оставаться в роде. Время назначать свой.

— Название? — спокойно уточнила Ла Риса.

— Оно уже витает в воздухе. Пусть будет… Орлин. Подходит.

Свекровь вручила ей черный артефакт-приглашение, гладкий, как зеркало:

— Закрытый аукцион артефактов. Только для родов. Ты приглашена. Будь умна — возьми с собой мужчин.

Ла Риса почувствовала, как внутри неё просыпается ожидание. Возможно, именно там она найдёт ключ к преобразованию пустыни.

* * *

Ближе к вечеру, когда закат окрасил небо в лилово-золотистые тона, юная служанка поднесла письмо. Оно было оформлено как обычная посылка с бирки на браслет: «Поставщик — Орбита 7. Внутренняя пересылка. Адресовано: Ла Рисе, главе рода Орлин.»

Внутри — нечто древнее: два яйца, фамильяры. Легендарные. Одно — окутано дымкой льда, второе — тёплое, словно пульсирует лавой. Они явно были из разных стихий. Артефакт под водопадом забился, заблестел в ответ, и невидимая сеть тонкой магии начала опутывать гнездо.

Эриэн провела ритуал активации. Она тихо сказала:

— Это не простые фамильяры. Эти яйца выбирают только тех, кто способен стать источником для нового мира.

* * *

В доме стало тесно. Слишком много всего: жизней, судьбы, магии. И когда Юля, смеясь, вдруг схватилась за живот, все мгновенно замолчали. Боль была резкой, но быстрой.

— Начинается, — хрипло прошептала она. — Ла Риса… он… он будет другим.

* * *

Сильмри уже ждал внизу, будто знал. Кара вызвала артефакт-медика, дом активировал ритуальный купол защиты. Через несколько часов в доме звучал первый крик новорождённого.

Мальчик.

С крыльями.

С белыми, как снег, крыльями.

Барсик посмотрел на него сверху вниз и фыркнул:

— Ну что ж… конкуренция начинается.

* * *

Поздним вечером, у огня, когда Ла Риса сидела, вытирая слёзы с лица Юли, Крэн подошёл к ней. Его глаза были спокойны, но в них таилось волнение:

— Ты готова принять ещё одного?

— В род? — спросила она.

Он кивнул.

— Готова.

* * *

А завтра будет посёлок. Строительство. Ещё одна точка на карте. И путь на закрытый аукцион, где среди сокровищ прошлого может лежать будущее её народа.

Ла Риса смотрела на ясное небо, полное звёзд, и думала только об одном:

Если это только начало… то что же будет дальше?

Глава 55.

Глава 55.

Финальная глава

Свет нового утра застал Ла Рису на вершине утёса над долиной. Внизу раскинулись изумрудные леса, сверкающие реки и золотистые крыши поселения. Там смеялись дети, готовились к вылету торговые платформы, а фамильяры кружили над куполами — теперь не чуждые, а родные.

Пустыня больше не была бесплодной. С третьим мужем, загадочным магом с пепельной кожей и глазами, в которых отражался космос, она расцвела. Его имя — Аэл’Рей, изгнанник из исчезнувшего народа звёздных странников. Он стал не только последним в триаде её спутников, но и первым, кого она коснулась не из необходимости, а из глубинного зова.

Юля родила второго ребёнка — девочку, с глазами, полными света. Сильмри носил её на руках с такой нежностью, что Кара записала это на кристалл памяти, запечатлев миг счастья для всех поколений рода Орлин.

Дом вырос в город. Храм был построен у водопада, а артефакт, спрятанный в сердце скалы, теперь питал весь регион. Магический источник признал Ла Рису полноправной хозяйкой.

На закрытом аукционе она выкупила последних троих землянок — тех, кто ещё помнил звёздную ночь над Землёй. Некоторые остались, другие захотели улететь, но каждая получила свободу.

Юридически и магически род Орлин был признан Верховным Советом. Ей вручили символ — Сферу Древа: кристалл, который в будущем мог бы стать основой для создания ещё одного мира.

В её доме — в центральной башне — теперь висел флаг: стилизованное изображение орла, расправившего крылья над звездой. Под ним — гравировка:

«Свободны. Родны. Сильны».

На последнем Совете она подняла бокал с искрящимся вином и сказала, глядя в глаза мужчинам и женщинам, ставшим ей семьёй:

— Пусть мы начались с пепла. Но теперь мы — пламя.