Сам зал аукциона представлял собой плавучую платформу над магическим озером. В центре — сцена, на которой в хрустальном коконе плавал артефакт: летающая корона, составленная из трёх фрагментов древнего созвездия. Вокруг — женщины, одетые в шёлк, металл, живые ткани и даже технокристаллы. Их взгляды были тяжёлыми, запахи — пряными, как грех.
Юля шепнула:
— Лариса… Это не просто аукцион. Это… охота.
— Я знаю, — она сжала её руку. — Просто держись рядом. И улыбайся. Они боятся тех, кто не боится.
Лот за лотом проходили под пристальным вниманием зрителей. Древние ключи, магические хранилища, щиты из чешуи погибших драконов. Один из лотов — камень-плод, дающий потомство от существа любой расы — вызвал едва сдерживаемую истерию. Его выкупила одна из Сынов Матери с голосом, обернутым шипами.
Но Ла Рису интересовали не вещи.
Время шло. Она чувствовала: что-то её ждёт. Что-то… важное.
И вот — закрытый сектор.
Здесь выставлялись артефакты без описания. Только для избранных. Жрица, сидевшая у входа, вручила Ла Рисе сферу с пророчеством, которое вспыхнуло у неё в ладони:
«Если ты не боишься — смотри. Но не проси, чтобы тебя пожалели. Ты увидишь не вещь, а Зов.»
И тогда — появился он.
Он стоял в центре зала, закованный не цепями, а золотой вязью света, которая жгла кожу, но не раны. Его глаза были закрыты, но крылья — расправлены. Белые, с золотой прожилкой, они сияли, как пламя над утренним морем. На его теле — старые боевые татуировки и печать изгнания на ключице.
— Это… — прошептала Юля. — Это живой артефакт.
— Нет, — прошептала Ла Риса. — Это мой муж.
Её сердце стучало, как барабан клана. Она сняла перчатку — не думая, не рассуждая, просто вышла вперёд и коснулась его плеча.
Свет вспыхнул. Печать изгнания рассыпалась прахом, его глаза открылись, и в них — вспышка узнавания.
Он тихо выдохнул:
— Я знал, что ты придёшь. Я звал.
Женщины зашептались. Жрица молча наклонила голову:
— Принято. Муж рода TerraNostra определён.
Позже, в тёплой палате из шёлкового света, Юля держала младенца на руках, улыбаясь сквозь слёзы:
— Он будет свободен, Лариса. Мы сделаем этот мир иным.
А Ла Риса гладила волосы своего нового мужа, чьё имя было Каэль, и знала — пламя её рода только разгорается.
И в эту ночь, у водопада, она получила письмо.
На пергаменте из теней было написано:
Есть мир, где мальчиков из твоего народа продают в питомники. Мы покажем тебе дорогу. Мы — те, кто не забыл Землю. Мы ждём тебя.
Координаты — вложены. Решение — за тобой.
Она сжала письмо. А в груди — гнев, желание и бездна воли.
И больше не было страха.
Глава 47
Глава 47
Полет в темноту
На планете TerraNostra всё было спокойно — обманчиво спокойно, как перед бурей. Дом Ла Рисы, окружённый цветущими лугами и молодыми фамильярами, резонировал артефактами в стенах, защищён магией и техно-щитом. Но внутри неё самой гудела буря, не отпускавшая с той самой ночи, когда она получила письмо из Тени.
Каэль молча стоял у окна, его крылья мягко колыхались, как в ритуале успокоения. Его ладонь медленно скользила по карте — той самой, что они составили по вложенным координатам.
— Это планета Зарк-Илха, — произнёс он, не глядя. — Официально её нет. На ней нет магии, но есть ужас.
Юля, с округлившимся животом, строго кивнула:
— Я останусь. С ребёнком. Но пошлю с вами Кару. И ещё пару сюрпризов.
— Ты знаешь, что можешь не спрашивать, — Ла Риса взяла её за руку. — Ты — моя семья.
Сборы шли в напряжённой тишине.
Мужья молчали. Только Гриф провёл пальцами по её щеке, прежде чем поцеловать лоб:
— Не трогай сердце, если не хочешь сжечь всё вокруг. Мы будем рядом. Всегда.
Браслет «Реал» мягко засветился на руке Ла Рисы — она вызвала портал снабжения. За считанные минуты в хранилище легли:
Боевые артефакты в виде украшений.
Дезориентирующие сферы для мгновенного скрытия.
Генетически заточенные био-капсулы спасения для детей.
А также — инъекторы крови рода, которые теперь могли защищать даже чужих, если их признает Ла Риса.
— А мы точно не идём войной? — спросила Кара, проверяя автоматическую магическую броню с живым ядром.
— Нет. Мы идём отвоёвывать своё.
Прыжок через гиперворонку был болезненным. На другой стороне — Зарк-Илха.
Это был мир пепельного цвета, где небо давило серыми куполами, а растительность казалась высохшей до хруста. Планета казалась безжизненной, но магия Реала шептала: «Смотри внимательнее».
И действительно — чуть в стороне от основной равнины, под каменными обелисками, затаилось сооружение. Сканеры Реала пробились сквозь камуфляж, и открылась структура из концентрических колец — лаборатория. Или тюрьма.
— Это и есть питомник, — тихо произнесла Ла Риса. — Вон он. Идиотский рай под контролем богатых истеричек.
Их впустили быстро — боевое прикрытие было заявлено как делегация с новым контрактом. В этом мире продавали не просто рабов, а «подготовленных спутников». Мальчики, подростки — глаза их были как стекло. А улыбки — обученные, вежливые, выдрессированные.
— Кто-то обучил их притворяться живыми, — прошептала Кара. — Прекрасная дрессировка. Чудовищная.
Они попали в помещение оценки. Там, в стеклянном яйце с системой магической фильтрации, сидел мальчик с глазами цвета янтаря, около шести лет. На груди — ожог в форме клейма.
— Это… — Реал вывел информацию. — Ген земной крови. Чистый. Возраст: 6. Статус: готов к продаже. Цена: повышенная.
Ла Риса сжала пальцы.
— Вызывай владельца системы, — процедила она. — Прямо сейчас.
Владелицей оказалась женщина в платье, сотканном из живых шелков-пиявок. Она высокомерно подняла подбородок:
— Землянка? Серьёзно? Вы же даже не полноценные существа. Вы — то, что остались от старой цивилизации.
— Ошибаешься, — Ла Риса сняла перчатку. — Я — род TerraNostra. И этот ребёнок — мой народ.
Она коснулась стекла. Яйцо вспыхнуло. Артефакт под водопадом, связанный с браслетом Реал, активировался из другого мира, передав через связь всплеск магии: защита рода.
Сигнал пошёл по всей станции.
И пока охрана пыталась перехватить сигнал, в зал вошли её мужья.
Гриф — с крыльями, полыхающими светом. Каэль — с мечом, высеченным из крови и клятвы. Третья фигура — новый супруг с планеты артефактов — шагал в плаще, который сам плёлся в воздухе. Магия дрожала от их силы.