* * *

— Либо ты отдаёшь всё, что принадлежит моей расе, — прошептала Ла Риса. — Либо я забираю это огнём. И тебя тоже.

Женщина побледнела. Продавцы начали разбегаться. В лабораториях начался хаос.

Юноши и дети, как по команде, начали выходить из камер, ведомые силой Реала. Ла Риса подхватила малыша с янтарными глазами. Он прильнул к ней, не плача. Он знал: мама пришла.

— Ты помнишь имя? — спросила она.

Он кивнул. Шепнул:

— Меня звали… Лион.

— Теперь ты Лион из рода TerraNostra.

И в тот момент в пепельном небе вспыхнул портал эвакуации, активированный Карой. И планета, созданная для подавления, впервые содрогнулась от чуждого чувства — свободы.

* * *

Когда они вернулись домой, уже была ночь. В воздухе пели фамильяры. Юля стояла на террасе, сияя:

— Он шевелится, — она положила руку на живот. — Мальчик.

Ла Риса обняла её. А за их спинами артефакт у водопада дрогнул, и на его поверхности вспыхнули слова:

TerraNostra. Род, что спасает.

И она знала: это только начало.

Глава 48

Глава 48

Зал Совета Родоначальниц был построен из живого камня — он дышал, мерцал в ответ на эмоции тех, кто ступал в его сердце. Сводчатые потолки переливались фрактальными узорами, резонируя с силой магии, что струилась сквозь артефакты подземного источника. Здесь каждая женщина — не просто глава рода, но сама история, вписанная в судьбу мира.

Ла Риса ступала по ковру, сотканному из заклинаний. Её сопровождали двое мужей — один с крыльями, другой с глазами, в которых отражался огонь пустыни. Третий ждал за пределами зала, с детьми. Она была облачена в паранджу с переливами реки и песка, как символ своей земли. Перчатки на руках скрывали власть выбора. Но браслет сиял — реал, активированный древним артефактом, был признан всей системой.

Жрица, что встретила её у водопада, теперь стояла в центре круга.

— Риса из рода TerraNostra. — Голос её был чист, как камертон. — Ты призвана не нами, но Пророчеством. Ты принесла в этот мир не только свободу, но и хаос. И теперь ты должна ответить: готова ли ты взять на себя путь родоначальницы навсегда?

Тишина сгустилась.

Ла Риса сделала шаг. Потом ещё. Когда она оказалась в самом центре круга, ткань паранджи сама по себе откинулась с её лица. Она была спокойна. И несокрушима.

— Я пришла не ради власти, — сказала она. — Я пришла, чтобы у моих детей был дом. Чтобы те, кого продали, могли вернуться. Чтобы женщины не боялись чувствовать, а мужчины не боялись любить. Я не верну прошлое — я создаю новое.

Сердце зала вспыхнуло. В потоках магии отразились её слова — как символ рода.

Но одна из женщин в старинной мантии шагнула вперёд:

— Великая дерзость. Ты привела к власти мужчин! Ты разрушаешь равновесие, Риса. Даже твоё имя — слишком земное.

— Именно потому, — тихо сказала Ла Риса, — я и выбрала его. Потому что земля — это плодородие. Корень. Жизнь.

Моё имя теперь: Ла Риса из рода Вердант.

И оно даст всходы.

* * *

Совет завершился. Многие приняли её. Некоторые — затаили. Но Пророчество уже прозвучало в зале, пробуждённое жрицей, что впервые за столетие упала на колени, прошептав:

— Её путь — возрождение.

И множатся её сыновья, и множится её земля.

Через неё уйдёт мрак, и родятся народы.

* * *

Дом встретил её ароматом свежего хлеба, детским смехом и шелестом крыльев фамильяров. Юля вышла ей навстречу, лицо её светилось:

— Ты — род. И ты — мать. У нас будет не просто семья. У нас будет мир.

— Сначала — поселение, — засмеялась Ла Риса. — Потом мир.

* * *

К вечеру она уединилась у водопада. Артефакт сиял тихо, как костёр в ночи. И вдруг — всплеск. Она потянулась рукой — и достала яйцо. Нет, не одно. Три. Лёгких, сияющих.

— Фамильяры, — прошептала она. — Для моих детей.

В этот момент небо разрезал портал. Портал с Зала Пророчеств. Послание:

«Появился новый артефакт. Прежний Хранитель покинул мир. Он ищет дом.»

И она знала — дом здесь.

Здесь началась эпоха рода Вердант.

Глава 49

Глава 49

Дом на границе пустыни и леса разрастался, словно сам чувствовал приближение перемен. Теперь это был не просто особняк на двадцать комнат — это был центр. Сердце. Зародыш поселения.

Магическая система уже не просто убирала и готовила пищу. Она ткала. Пела. Шептала с деревьями. В каждом коридоре мерцали потоки заклинаний, привязанных к реалу Ла Рисы, и к артефакту под водопадом, что теперь был обустроен в отдельном куполе — как святилище рода Вердант.

Юля, в лёгкой ткани с бирюзовым узором, сидела на веранде, держась за округлившийся живот. Её глаза сияли странной, почти небесной мудростью. Рядом с ней — крылатый муж с тёмной гривой, прижимал к щеке ладонь и что-то напевал, заставляя ребёнка в животе шевелиться в такт.

— Он поёт на языке Небесных Скифов, — шепнула Юля. — Говорит, так в их племенах воспитывали детей до рождения. Я же всё ещё в шоке, что я беременна…

— Добро пожаловать в клуб, — усмехнулась Ла Риса, входя с планшетом в руках. — Твоя броня скоро активируется окончательно, и, судя по энергетике, фамильяр готов появиться. Как там яйца?

— Одно из них дышит. Ткань капсулы начала вибрировать. Думаю, к ночи — вылупится.

Изнутри доносился возмущённый визг Барсика, который не мог разобраться, кто теперь главный среди фамильяров. Соревновался с яйцом. Кара, биоробот, ворчливо настраивала техномагический барьер по периметру новой стройки — посёлка.

— Мы начали закладывать коттеджи на дальнем юге. Я наняла три бригады через реал. Посмотри. — Ла Риса развернула магический проекционный куб. — Каждому дому по три комнаты минимум, общая кухня, техномагические ячейки. А тут будет модуль для беременных. Надо. Девочка из северной группы на втором месяце.

Юля усмехнулась:

— И кто ты теперь у нас?

— Матрона. Родовая. Мама. Женщина, которая не умеет останавливаться.

Она хотела добавить ещё, но тут сработал артефакт. Тёплая вибрация прошлась по коже, как шелк.

Послание.

Код: высший доступ. Прямой. Только для основательницы.

«На одной из закрытых планет зафиксировано подозрение на питомник. Мужские дети, рождённые от покупных рабов, продаются как животные. Воспитываются в магической изоляции. Планета засекречена. Доступ возможен только с разрешения Совета Родов или по Пророчеству.»

Ла Риса замерла.

— Юль… — её голос стал глухим. — Нам с тобой придётся совершить ещё одно путешествие.

— Опять? — Юля приподняла бровь, но без удивления. — Конечно. Ты же не можешь не спасать кого-нибудь. Это уже твоя магия. Родовая.

— Не только. Это моя совесть.

* * *

Вечером вылупилось яйцо.

Из тонкой скорлупы появилась серебристая ящерка с крылышками, глазами цвета звёздной пыли и крошечным язычком, который коснулся ладони Ла Рисы. Она заплакала.

— Я дам тебе имя… Зов.

Фамильяр заполз ей на плечо и свернулся кольцом, будто всегда был с ней.

И в этот момент она приняла решение.

Она оглянулась на водопад, где артефакт мерцал, живой и древний. Он уже знал.

Взрыв, что уничтожит планету, будет выполнен мягко. Без жертв. Только исчезновение. Чтобы никто больше не повторил того, что увидела Ла Риса.

А впереди… путь.

На другой конец галактики. Где мальчиков воспитывают как рабов.

И где, возможно, её судьба вновь столкнётся с неизведанным.