Светлый фон
Двадцать пятого сентября 1917 года Вик наконец явился. Высох без моей крови, но принёс мне новости. Рассказал, что слышал о ней! Мы потеряли её год назад, и с тех пор ни следа, ни зацепок, ничего. А теперь он узнал, что кто-то около недели назад растерзал дюжину оленей в Закарпатье, повесил их на деревья и слил всю кровь. Мы с Виком сошлись во мнениях, что это Настя. Судя по количеству крови, это молодой вампир, а других, помешанных на крови животных, мы с ним не знаем. Значит, она жива! Хоть что-то… Вик потерял её след, и если уж он не смог найти, то у меня точно не получится.

Друг должен доложить королеве об официальном задании, с которым она отправляла его: выследить и разобраться с предателями короны. Вик успел выполнить оба задания: официальное королевское и моё тайное. На этот раз он останется в замке на длительный отдых. Теперь мне будет с кем проводить время.

Друг должен доложить королеве об официальном задании, с которым она отправляла его: выследить и разобраться с предателями короны. Вик успел выполнить оба задания: официальное королевское и моё тайное. На этот раз он останется в замке на длительный отдых. Теперь мне будет с кем проводить время.

Когда настало время ужина, мы встретились на лестнице. Он был одет, как франт, кипенно-белый костюм особенно бросался в глаза, Вик всё ещё стоял у меня перед глазами в привычной одежде лесничего. Когда он приветственно поклонился мне, я засмеялся:

Когда настало время ужина, мы встретились на лестнице. Он был одет, как франт, кипенно-белый костюм особенно бросался в глаза, Вик всё ещё стоял у меня перед глазами в привычной одежде лесничего. Когда он приветственно поклонился мне, я засмеялся:

– Красавец, и костюм такой, что хоть сейчас в гроб клади!

– Красавец, и костюм такой, что хоть сейчас в гроб клади!

– Да, я бы с удовольствием немного отдохнул.

– Да, я бы с удовольствием немного отдохнул.

Похлопал его по плечу:

Похлопал его по плечу:

– Не испачкай белый фрак своими благородными руками. Он у меня один.

– Не испачкай белый фрак своими благородными руками. Он у меня один.

– Тебе и одного слишком много!

– Тебе и одного слишком много!

Он утвердительно кивнул.

Он утвердительно кивнул.

– А ведь совсем недавно ты жил здесь постоянно, теперь путешествуешь по всему свету.

– А ведь совсем недавно ты жил здесь постоянно, теперь путешествуешь по всему свету.

– Совсем недавно я жил, это так, но теперь уже нет.

– Совсем недавно я жил, это так, но теперь уже нет.

Я замолчал, вспомнив, как обнаружил его под стеной своего замка со сломанной шеей.

Я замолчал, вспомнив, как обнаружил его под стеной своего замка со сломанной шеей.

– Ты же не жалеешь о том, что стал одним из нас? – вдруг спросил я, вспомнив о ней.

– Ты же не жалеешь о том, что стал одним из нас? – вдруг спросил я, вспомнив о ней.

Вик рассмеялся:

Вик рассмеялся:

– Друг мой. Разве можно сравнивать то, что у меня было тогда, с тем, что есть сейчас. Всё благодаря тебе!

– Друг мой. Разве можно сравнивать то, что у меня было тогда, с тем, что есть сейчас. Всё благодаря тебе!

– Да, но всё же нам лучше жилось у меня в глуши, в маленьком доме. Спокойнее. Кто же знал, что так получится. Но за преступления рано или поздно приходится нести наказание.

– Да, но всё же нам лучше жилось у меня в глуши, в маленьком доме. Спокойнее. Кто же знал, что так получится. Но за преступления рано или поздно приходится нести наказание.

– Да разве это наказание? Ты живёшь при королеве, все кланяются тебе в пол, заглядывают в рот, скачут перед тобой, как дрессированные пудели. Служба твоя не так уж изменилась, зато не нужно ездить из замка в замок, теперь твой дом здесь. – Он положил мне руку на плечо. – А что до меня, так я рад повидать мир! С твоей-то кровью.

– Да разве это наказание? Ты живёшь при королеве, все кланяются тебе в пол, заглядывают в рот, скачут перед тобой, как дрессированные пудели. Служба твоя не так уж изменилась, зато не нужно ездить из замка в замок, теперь твой дом здесь. – Он положил мне руку на плечо. – А что до меня, так я рад повидать мир! С твоей-то кровью.

– Ну, к моей крови ты давно привык, – хмыкнул я, – да и скучаю я не по замку, а по ней.

– Ну, к моей крови ты давно привык, – хмыкнул я, – да и скучаю я не по замку, а по ней.

Вик посмотрел мне в глаза пронзительным взглядом:

Вик посмотрел мне в глаза пронзительным взглядом:

– Она вернётся. Однажды она всё вспомнит. Всё.

– Она вернётся. Однажды она всё вспомнит. Всё.

– Как?

– Как?

– Настя очень сильная. Терпи, друг. А я делаю всё, что могу.

– Настя очень сильная. Терпи, друг. А я делаю всё, что могу.

Я не успел ответить, потому что Ди подлетела к нам.

Я не успел ответить, потому что Ди подлетела к нам.

– Мой принц, – поклонилась она.

– Мой принц, – поклонилась она.

Я слегка кивнул. После расстроенной помолвки отношения у нас с Дианой были холодные, с лёгким привкусом её презрения. Однако с тех пор как меня бросила Настя, Ди, видимо, решила, что сама судьба отомстила мне, и тем осталась довольна.

Я слегка кивнул. После расстроенной помолвки отношения у нас с Дианой были холодные, с лёгким привкусом её презрения. Однако с тех пор как меня бросила Настя, Ди, видимо, решила, что сама судьба отомстила мне, и тем осталась довольна.

– Опаздываете! Ужин не начнётся без вас! – проворковала она, улыбаясь своим маленьким ротиком и нацеливаясь взять меня под руку.

– Опаздываете! Ужин не начнётся без вас! – проворковала она, улыбаясь своим маленьким ротиком и нацеливаясь взять меня под руку.

Я вовремя успел поднять локоть, будто бы поправляя волосы. Тогда она обратилась к Виктору:

Я вовремя успел поднять локоть, будто бы поправляя волосы. Тогда она обратилась к Виктору:

– Тебя не узнать, такой щёголь. Только лицо кислое, будто тухлятину проглотил.

– Тебя не узнать, такой щёголь. Только лицо кислое, будто тухлятину проглотил.

– Бывало и такое, – сухо ответил Вик.

– Бывало и такое, – сухо ответил Вик.

Я улыбнулся, Ди сощурилась.

Я улыбнулся, Ди сощурилась.

– А я хотела познакомить вас кое с кем. Моя достопочтенная мать недавно выходила новенькую. – Ди поманила кого-то, и, шурша розовыми юбками, к нам подплыла бледная белокурая красавица. На вид очень юна, как Настя, когда я только повстречал её. Но у этой барышни были короткие пальцы и широкая рука в запястье, скорее всего, простолюдинка. Бросалась в глаза её плоская грудь и, наверное, мальчишеские бёдра. Девочка-подросток.

– А я хотела познакомить вас кое с кем. Моя достопочтенная мать недавно выходила новенькую. – Ди поманила кого-то, и, шурша розовыми юбками, к нам подплыла бледная белокурая красавица. На вид очень юна, как Настя, когда я только повстречал её. Но у этой барышни были короткие пальцы и широкая рука в запястье, скорее всего, простолюдинка. Бросалась в глаза её плоская грудь и, наверное, мальчишеские бёдра. Девочка-подросток.

– Хочу представить вам Анжелику. – Девушка опустила густую шевелюру, полную розовых лент. – Она – создание Валентина.

– Хочу представить вам Анжелику. – Девушка опустила густую шевелюру, полную розовых лент. – Она – создание Валентина.

– Ах, Валентин наконец-то обратил девушку! – удивился Вик, я пихнул его локтем.

– Ах, Валентин наконец-то обратил девушку! – удивился Вик, я пихнул его локтем.

– Кронпринц, его высочество Венселас де Лакорт, – представила меня Диана, – а это его помощник Виктор.

– Кронпринц, его высочество Венселас де Лакорт, – представила меня Диана, – а это его помощник Виктор.

Дитя очень смутилось и, вновь опускаясь в свои юбки с поклоном, произнесло:

Дитя очень смутилось и, вновь опускаясь в свои юбки с поклоном, произнесло:

– Для меня честь познакомиться с вами.

– Для меня честь познакомиться с вами.

Я молча кивнул, а Вик усмехнулся:

Я молча кивнул, а Вик усмехнулся:

– О, я польщён!

– О, я польщён!

Я усмехнулся в кулак. Моя прекрасная бывшая невеста сдержаться не смогла:

Я усмехнулся в кулак. Моя прекрасная бывшая невеста сдержаться не смогла:

– Это не тебе!

– Это не тебе!

– Да, правда? То есть в знакомстве со мной чести нет?

– Да, правда? То есть в знакомстве со мной чести нет?

– Я имела удовольствие познакомиться с тобой пару десятков лет назад, и с каждым годом ты всё хуже.

– Я имела удовольствие познакомиться с тобой пару десятков лет назад, и с каждым годом ты всё хуже.

– Я бы тоже хотел иметь хоть какое-то удовольствие от нашего знакомства, но, увы, у меня нет короны на голове, чтобы это удовольствие от тебя получить. – Он скривился в злой ухмылке.

– Я бы тоже хотел иметь хоть какое-то удовольствие от нашего знакомства, но, увы, у меня нет короны на голове, чтобы это удовольствие от тебя получить. – Он скривился в злой ухмылке.

Вик доподлинно знал все перипетии наших с Ди отношений. Его хамство переходило все границы, теперь он так легко не отделается. Диана была светская леди, и, не найдя подходящего ответа, она, притопнув ногой, просто ушла, уводя за собой окончательно смутившуюся Анжелику. Но месть – холодное блюдо, обдуманное и приправленное ядом, Вику его обязательно преподнесут. Хотя я не сомневался, что Вика это только позабавит.

Вик доподлинно знал все перипетии наших с Ди отношений. Его хамство переходило все границы, теперь он так легко не отделается. Диана была светская леди, и, не найдя подходящего ответа, она, притопнув ногой, просто ушла, уводя за собой окончательно смутившуюся Анжелику. Но месть – холодное блюдо, обдуманное и приправленное ядом, Вику его обязательно преподнесут. Хотя я не сомневался, что Вика это только позабавит.