– Звони своему островитянину. Скажи, надо поговорить.

– Зачем это, Ань? Нет, не буду.

– Звони, говорю. Если он хочет что-то скрыть, то пусть заплатит тебе за молчание.

– Это плохая идея, – испуганно ответила я.

– Это отличная идея, Милочка! – заплетающимся языком восторженно сказала Анька. – Нет, лучше не звони, а напиши ему сообщение, и посмотрим на реакцию.

– Я и так знаю реакцию. Он взбесится.

– Пусть хоть лопнет от злости, но заплатит тебе. У тебя вон нога какая, тебе нанесли физический вред. А еще есть моральный от увиденного. Да вообще, ты могла пострадать, ты же была ближе всех к вездеходу. А может, ты ему жизнь спасла!

Она схватила мои часы с кровати и написала Виктору сообщение:

«За молчание я хочу денег. Иначе сегодня иду в охрану».

– Ты чего, так же не пишут, – возмутилась я, но она быстро отскочила от меня и нажала «отправить».

Через несколько минут часы судорожно вибрировали в ее руках. Неустанно играла музыка звонка от Виктора. Но Анька не отвечала, а только пританцовывала под мелодию. Через пятнадцать минут и семь пропущенных вызовов от него пришел ответ.

«Сколько?»

– Ого, Мила, и на нашей улице будет праздник. Ну что, сколько напишем?

Я пожала плечами. Не нравилось мне это все, но Аньку было уже не остановить.

«500. И если со мной что-то случится, то я рассказала все подруге».

– Ань, зря мы все это затеяли. Надо было идти в охрану, и все.

– Милушка, успокойся. Ты сорвешь куш. А девочке той уже либо помогли, либо нет. Ты ничего не могла сделать.

– Могла, Ань. Могла.

– Но не сделала.

Я опустила голову и сглотнула. Вскоре от Виктора пришел ответ: