Светлый фон
ХС:

КБ: Это роман, пронизанный буддизмом, но буддизм здесь предстает в необычном свете. В «Больных душах» буддийские максимы оборачиваются неожиданно зловещими и несущими лишь больше страданий в мир.

КБ: Это роман, пронизанный буддизмом, но буддизм здесь предстает в необычном свете. В «Больных душах» буддийские максимы оборачиваются неожиданно зловещими и несущими лишь больше страданий в мир.

ХС: В логике буддизма, мы все живем в «эпоху упадка дхармы» – нравственных устоев. Этим и объясняются все бедствия, войны и прочие страдания, которые мы испытываем. Буддисты даже допускают, что человечество уже никоим образом не избежит конечного уничтожения. В этом контексте вспоминается образ Страшного суда в христианстве. Трогательную, но тревожную историю Сиддхартхы Гаутамы – основателя буддизма – я знаю с детства. Этой историей открывается первый том «Больных душ».

ХС:

КБ: Присутствует ли в романе аспект гностицизма?

КБ: Присутствует ли в романе аспект гностицизма?

ХС: Я не так уж силен в философии, но гностицизм действительно присутствует на всей протяженности моей трилогии: созданная извне и заведомо ущербная вселенная, которая не столь уж благосклонна ко всей населяющей ее живности. Но главная проблема заключается в следующем: изъяны вселенной – нечто присущее ей? Или же это мы, жизнь внутри нее, так воспринимаем наш дом? Не проецируем ли мы на окружающий мир собственные недостатки?

ХС:

КБ: «Больные души», разумеется, посвящена современному врачебному делу и медицине в целом. Выбор сеттинга – целенаправленный? Или же место действия – аморфное?

КБ: «Больные души», разумеется, посвящена современному врачебному делу и медицине в целом. Выбор сеттинга – целенаправленный? Или же место действия – аморфное?

ХС: Поход в больницу – ситуация, в которой все мы оказываемся. Но трудности и тяготы вовсе не ограничиваются сферой медицины. Во многих обстоятельствах чувствуешь себя, будто тебя посадили в больничную палату.

ХС:

КБ: Позволю «странный» вопрос: приходилось ли вам сталкиваться с неоднозначными реакциями на вашу трилогию со стороны собственно медиков?

КБ: Позволю «странный» вопрос: приходилось ли вам сталкиваться с неоднозначными реакциями на вашу трилогию со стороны собственно медиков?

ХС: Пока что не так уж много представителей медицинской профессии как-то отреагировали на мою трилогию. Были отдельные специалисты, которые посчитали, что у меня получилось довольно точно передать больничную атмосферу. У меня самого со здоровьем довольно большие сложности. Часто оказываюсь в больницах. Современная медицина спасает жизни. Без некоторых лекарств существовать уже нельзя. Но при этом с больницами связаны и определенные сомнения. И у врачей случаются ошибки. Некоторые болезни просто невозможно по-настоящему «вылечить». Поэтому временами приходится полагаться на свои силы, заниматься в некоторой степени «самореабилитацией». На момент ответа на эти вопросы я уже полгода не ходил по больницам. Такое для меня – редкость и радость.