– О… э-э-э… А вы кто?

– Я – Тереза Сикорски, совсем недавно преподававшая в Университете Страны Персиков.

Полицейский сделал шаг назад, сбитый с толку, и мне не в чем было его упрекнуть. Я впервые узнал, что у Терезы есть фамилия – и, похоже, известная. То, что она не назвала ее, чтобы поставить на место Гордеца, свидетельствовало о том, что она обладает удивительной сдержанностью.

Копы тем временем едва не сбивали друг друга с ног, пытаясь задобрить ее. Фыркнув на них, она властным жестом приказала мне следовать за ней.

– Не обязательно было сдирать с него всю шкуру, – пробурчал я, пока мы уходили.

Она рассмеялась и остановилась.

– Пусть это будет подарок тебе от меня на прощание, Эноки. Надеюсь, когда-нибудь я узнаю больше о твоем мире. И о своем мире, если уж на то пошло. Прощай.

Я попрощался с ней и быстро свернул за угол, пытаясь не разрыдаться.

За время службы на «Урагане» я заработал целых шесть железных монет. Еще две лежали у меня в желудке, так что теперь я – богатый человек. Ну ладно, не человек, а квинланец. Ну ладно, и не богатый. Если мне придется платить за гостиницу, то я протяну несколько дней. Нравится мне это или нет, но мне нужно быстро искать место на новом корабле. Однако вернуться в порт прямо сейчас я не мог: полицейские наверняка запомнили меня и сундук. Я в состоянии изменить свою внешность, но не сундук. Или изменить сундук я тоже могу?

Я попытался вспомнить, где находится транспортная контора: она попалась мне на глаза, когда мы покидали порт. Я быстро воспроизвел архивные видеозаписи, нашел нужную и направился обратно к причалу; мне пришлось сделать крюк, чтобы контора находилась между мной и полицией. По дороге я постепенно менял свой облик, используя черты встреченных мной прохожих – так, чтобы я не был похож ни на одного из них. Я надеялся, что у меня все получается правильно, ведь достать «паука» и сделать селфи я не мог. Если квинланцы начнут орать и разбегаться, я буду вынужден начать сначала.

* * *

Как я и ожидал, в транспортной конторе продавали грузовые контейнеры. Они стоили дешево – всего одну железную монету – и не обладали высоким качеством. Но идея была не в том, чтобы обеспечить безопасность, а в том, чтобы спрятать содержимое. Ряд «глазков» вокруг крышки позволяли владельцу фактически зашнуровать контейнер, словно башмак. Сойдет.

Клерк хотел продать мне еще и марки; сначала я отказался, поскольку хотел путешествовать вместе с грузом, но в конце концов заплатил три монеты и написал на бирке свое имя и адрес – «Хребет Гарака». Но я настоял на том, что сам доставлю ящик на нужный корабль.