Я выглянул из окна и увидел темнеющее небо. «Клиппер», должно быть, уже покинул порт. Он выйдет на середину реки и будет плыть всю ночь, проходя до сотни миль за сутки. Плавание под парусом по реке здесь было занятием, которое почти не требовало участия мозга, поскольку течение всегда было на твоей стороне. Из-за остаточных кориолисовых сил ветер обычно дул с севера на юг, поэтому корабли могли использовать галфвинд, чтобы плыть даже быстрее скорости течения. Вряд ли мой «мэнни» обгонит корабль, даже если разовьет максимальную мощность.

«Блохи» прислали свой отчет: прутья решетки вставлены в каналы в потолке и поле, и каждый канал был десять сантиметров глубиной. Наверху было около двух с половиной сантиметров свободного хода – кто-то предусмотрел возможность для расширения. Я проверил решетку, попытался согнуть прутья в разных направлениях. Неудачно. Мне ни за что не удастся их вытащить.

Однако вращать прутья я мог, а это означало, что они не залиты цементом и не прибиты. Я приказал «блохам» достать плазменные резаки и сделать тестовый разрез в нижней части прута. Появился дым и запах гари, но огня не было. Отлично. «Блохам» придется работать медленно, чтобы свести дым и запах к минимуму, однако сейчас не самый подходящий момент, чтобы провалить дело из-за поспешности.

И, конечно, именно в этот момент полицейские принесли ужин. Ой, смотрите – рыба. Ням-ням. Полицейские втянули носом воздух и встревожились. Пожав плечами, я указал на окно.

– Да, понюхайте вот отсюда. По-моему, кто-то жжет мусор на улице.

Полицейский бросил взгляд на окно и открыл дверь камеры – ровно на то время, которое нужно, чтобы передать мне миску. Я подумал о том, чтобы броситься на него; с ним бы я справился, и притом легко, но я понятия не имел, сколько еще копов ждут в соседней комнате.

С другой стороны, теперь ужин доставлен, и, скорее всего, никто не будет мне мешать до самого утра.

«Блохи» сделали зубчатый разрез на одном из прутьев решетки – чуть ниже уровня пола. Если разместить прут одним способом, то он будет сидеть нормально, а если повернуть на шестьдесят градусов – то на семь с половиной сантиметров выше. Затем я поручил «блохам» подняться наверх и разрезать прут чуть выше уровня потолка. Отпиленные кусочки они сбрасывали в полость стебля.

Теперь у меня был прут, который я мог вытащить, чуть согнув его, а затем вставить в отверстия и повернуть, чтобы он казался прочно установленным.

На втором этапе я начал модифицировать внешность так, чтобы стать похожим на полицейского, который привел меня сюда. Надеюсь, он работает в дневную смену, и, когда я соберусь бежать, он уже уйдет домой – и его коллеги не заметят, что на мне нет полицейской формы.