Люинь хотелось увидеть, что будет дальше, но изображение внезапно исчезло.

Она сняла очки и увидела, что перед ней стоит Руди. Он отключил экран, и стена опустела. Руди взял у Люинь очки. Она попыталась забрать их, но Руди удержал ее и убрал очки. Он не разозлился, но было понятно, что спорить с ним бесполезно. Он покачал головой, пристально глядя на сестру – заботливо, но как старший брат. Он словно бы хотел сказать: «Я делаю это ради твоего блага».

Люинь сердито мотнула головой. Со времени происшествия с платьем ей стало ненавистно покровительственное отношение брата. Она умоляюще смотрела на него. Но Руди отвернулся и вышел из кабинета. Только тут Люинь заметила, что в кабинете пусто. Остальные уже ушли.

Она бросилась следом за братом. Поравнявшись с перилами лестницы, она крикнула:

– Руди, что это было?

Руди остановился на ступеньке, обернулся и спросил:

– Ты о чем?

– О видеозаписи, о фотографиях, обо всём, что я видела!

– Понятия не имею, что ты видела.

– А с тобой что случилось? Почему ты так резко изменился? Два месяца назад ты говорил, что против революции.

– Да?

– Да! Я спросила тебя, почему дедушка подавил движение протеста. И ты сказал, что подавление протестов было верным решением.

– Гм-м-м… – Руди на миг задумался. – Может быть, я так говорил. Не могу вспомнить.

Люинь на секунду растерялась:

– Думаю, ты сильно изменился.

Руди хмыкнул:

– Я знаю, что делаю.

Они молча спустились по лестнице. Чанья и все остальные уже стояли за дверью и махали руками на прощание. Руди подошел к друзьям Люинь и, похоже, что-то еще сказал им о своих планах, но Люинь была не в том настроении, чтобы слушать его. В ее сознании метались спутанные образы, более реальные, чем окружавшая ее реальность.

* * *