Длинную цепочку ошибок и предательств Сарилл Теохвар очень хорошо помнил и не собирался повторять ошибок предшественников, тем более сейчас, когда он призывал не просто слугу, а абсолютного убийцу. Скорость мышления, сила разума, стойкость психики ‑ все ручки Эхо‑машины были выкручены до упора. С телом всё обстояло намного проще. Пока внутри нет разума, его можно скроить как угодно, усилить мышцы, утолстить нервные волокна, добавить резерв эфира. Но матрица души ‑ это не то, что можно разобрать, почистить, добавить скорости и снова собрать. Это базис, фундамент, от которого зависит всё остальное.

Он искал уже второй месяц и за всё это время не увидел даже искры того, что счёл бы подходящей похожестью, а кристаллы стоившие куда дороже золота таяли, и жидкости обходившиеся ещё дороже убывали с каждой секундой поиска.

Наконец Сарилл погасил экран лёгким касанием пальцев, откинулся на спинку кресла, а потом поднялся и прошёл в обеденный зал. Есть хотелось не столько от голода, сколько от усталости: однообразный, упорный поиск выматывал не хуже тяжёлой работы.

Еда в замке появлялась благодаря телепорту, связанному с сетью предприятий, поставляющих готовые блюда и товары через пространственные врата. Это стоило недёшево, но за многие десятилетия у замкового адреса накопились такие скидки и льготы, что ежедневная доставка обходилась уже не сильно дороже содержания собственного штата поваров вместе со всеми хлопотами: закупкой продуктов, хранением, подвозом всего необходимого на остров посреди огромного, практически непроходимого болота.

Смысл строить такой комплекс в глухомани, да ещё и на болоте, заключался не только в повышенной защите от штурмов. Здесь, на единственном куске твёрдой земли в округе, находился мощнейший источник эфира, питавший не только алтарь вызова, Эхо‑машину и вычислитель, но и более прозаические вещи: водонагреватель, систему вентиляции, подъемники, освещение ‑ всю магомеханику замка.

Стабильные эфирные источники такого уровня не являлись уникальными но их всё равно было намного меньше, чем желающих ими завладеть. Поэтому замок оброс слоями защиты: его прикрывали мощные щиты, по периметру несли вахту боевые големы, а в самых неожиданных местах прятались всевозможные неприятные сюрпризы, которые каждый новый хозяин доделывал и усиливал по своему разумению.

Сарилл поел, не торопясь, давая голове немного отдохнуть, затем собрал посуду и сложил её в посудомоечный ящик. Тот едва слышно зашелестел, активируя магемы уничтожения органики и остатки пищи рассыпались в прах оставляя стекло и керамику сверкающими словно только что из рук мастера.