— А что тут обсуждать? — майор пожал плечами. Беря в руки бокал с игристым. — Мне ещё год, и я попробую сдать входные в Академию. Для вас. барон, я полагаю тоже особого выбора нет. Офицерская школа, и далее по лестнице вверх, а барону Сурго, прямая дорога возвращаться в столицу и там искать богатую вдовушку, чтобы выйти в отставку не только майором, но и обеспеченным человеком.

Все негромко рассмеялись.

Через полчаса они стояли тесным кругом военных в разных чинах куда подошли даже двое отставных генералов.

К молодому барону относились очень по-свойски. Старшина, да. Но как порядок навёл в баронии? Одним молодецким ударом. Да и сам не промах. Вон уже золотое оружие да два ордена не из последних. Выправкой хорош, да на лицо словно с плаката «Им гордится армия». Заодно рассказали кого из девиц обходить десятой дорогой, а к кому можно и подкатить, упирая конечно же на вдов и женщин «свободной профессии» Актрис, журналисток и прочих брак с которыми не утвердит Собрание. Особо предупредили относительно сестёр Эдгор, перепробовавших все варианты плотских наслаждений ещё в нежном возрасте, и теперь напряжённо ищущих мужа.

Спектакль не произвёл на барона ни малейшего впечатления. Яркий, нарочитый грим, тусклая игра актёров, натужные шутки, декорации и костюмы не первой свежести, всё это навевало такую скуку, что в зале откровенно позёвывали. Но по окончании дисциплинированно похлопали, тем более что прима театра, юная певица, выступавшая под псевдонимом Тариголь, и имевшая по слухам массу скрытых достоинств, согревала постель самого герцога. А значит заслуживала как минимум вежливого внимания.

Расстояние от театра до приёмной залы герцогского дворца едва ли составляло больше двухсот метров, но очень многие дамы поехали на экипажах и автомобилях. Военные же, не создавая сущности на ровном месте, подхватили жён, у кого они были и прошлись пешком, втянувшись под своды правого крыла дворца, предназначенного для приёмов.

Оркестр, магические свечи, не дававшие дыма, и нарядная публика в непрерывном кружении словно мотыльки возле лампы, создавали атмосферу праздника.

Ардор сразу повязал тонкий алый шарф на левую руку, что означало «не могу принять участия в танцах по причине ранения», что выглядело более чем прилично. Барон не из тыловых служб приехал, а прямо с фронта. Поэтому он спокойно стоял в компании неженатых офицеров и тех, кто мог оставить супругу одну, например, за столом для игры в «таблички» или ещё за каким весьма важным занятием, и побыть среди своих.

Поэтому, когда к кружку служивых стал подходить мужчина в жемчужно-сером камзоле с золотой вышивкой, лет тридцати на вид, со шпагой на поясе, все заинтересованно стали оглядываться. Чего это шпаку нужно?

— Барон Урго! — негромко, но твёрдо произнёс мужчина, вытаскивая шпагу, и ставя её на острие на паркет. — Вы человек без чести и совести и заслуживаете трёпки! — И замолчал как видно в ожидании что старшина тут же вызовет его на дуэль.

— Что-то хрюкнуло вроде? — Ардор стал демонстративно озираться вокруг. И «найдя» глазами мужчину, оскорбившего его, сделал удивлённое лицо. — Господа, кто пустил свинью во дворец? — И обращусь к штатскому добавил. — Вы явно перепутали двери. Вам следовало войти через кухню, хотя я конечно не стал бы даже пробовать такое как вы.

Тут мужчина сам не выдержал, и покрывшись пятнами крикнул в голос.

— Я вызываю вас! Бой до смерти!

— Ну, не нужно так орать, любезный. — Ардор демонстративно поковырял мизинцем в ухе словно слегка оглох. — До смерти так до смерти. — И обращаясь к военным стоявшим рядом спросил. — А что, господа, как наш герцог относится к поединкам?

— Хорошо относится. — Отставной генерал — артиллерист хмыкнул. Тут вон, в парке и площадка есть.

— Не сочтёт ли кто за труд, стать моим представителем и согласовать дуэльный протокол?

Алго Дорга, никогда не числился ни в одном рейтинге дуэлянтов или бойцов. Просто не нуждался в этом. Посвятив всю жизнь боевым искусствам, он одинаково хорошо владел мечами, копьями, топорами и кинжалами, убивая людей за деньги.

Да, он конечно слышал, что молодой барон уже завалил одного из призовых бойцов королевства, но слегка презирая все рейтинги и списки, не воспринял этот факт серьёзно. Ещё проскакивала информация, что старшина вроде как поубивал весь Цирк Нио, но это вообще бред, под которым наверняка скрывалась спецоперация Внутренней Безопасности.

А ещё он любил театр и каждый вызов превращал в маленький спектакль. Вот и сейчас отыгрывая вспыльчивого дворянина, он строго действовал в рамках образа, позволив себе улыбнуться лишь внутренне после того как секунданты барона огласили оружие — парные кинжалы, в чём он был настоящий мастер.

Да про умение егерей работать ножом ходили настоящие легенды, но Алго Дорга оставался в уверенности что это всё враньё и ложь.

Посланный в гостиницу слуга уже принёс чемоданчик с парными кинжалами — длинными узкими клинками с крестообразной гардой имевшими своё имя «Близнецы», а Ардору, принесли кинжалы из коллекции отставного полковника егерского корпуса. Тоже тридцатисантиметровой длины, но с закрытой защитой, более похожей на гарду земной даги.

— Превосходное оружие. — Ардор благодарно поклонился полковнику. — Уверен, немного крови им пойдёт на пользу.

— Дуэль по вызову дворянина Алго Дорга к барону Увиру. Дуэль до смерти одного из участников. — Объявил судья, и взмахнул платком. — Сходитесь.

И в то же мгновение выражение Алго изменилось, став из простоватого лица провинциального искателя приключений — хищным и уверенным лицом профессионального бретёра.

— Вам просили передать привет хозяева Цирка. — Произнёс он негромко.

— О, нет. — Ардор рассмеялся и качнув головой встал, напротив. — Это вы передавайте привет, всем тем, кто отправился на тот свет от моей руки а прежде всего циркачам Нио и ему самому.

Поединок на парных кинжалах никогда не затягивается дольше десятка секунд. Двойная атака клинков Алго, в горло и бок, ушла в пустоту, когда Ардор разорвал дистанцию точно на длину рук и оружия, и следуя за их возвратом, ударил в правое плечо, ухитрившись несмотря на блок, глубоко взрезать плоть поворотом кисти, а левым проткнуть руку в предплечье, отскочив невредимым.

Это конец, что понял и Алго, выпрямившийся, и встав в защиту, собираясь хотя бы перед смертью напоить «близнецов» чужой кровью.

Правая рука Ардора пошла сверху по дуге, и Близнецы вскинулись крестом блокируя удар, но левая рука, совершенно немыслимым образом из защитного положения перед грудью, ударила вперёд, пробивая правый бок, а правая пройдя через ослабевшие руки бретёра воткнулась в темя проникая сталью до самой шеи.

Глава 19

Глава 19

Парализованное спазмом тело ещё стояло столбом, чуть покачиваясь словно плохо закреплённая мишень, когда Ардор уже закончил с практическими вопросами. Он аккуратно вытер клинки об полы камзола бретёра ‑ деловито, без театральщины ведь кровь, как и грязь, на стали не приветствовалась. Потом шагнул в сторону от ожидаемого направления падения тела и протянул кинжалы полковнику Хальдо рукоятями вперёд.

‑ Моя искренняя благодарность, господин гвардии полковник, ‑ вежливо сказал он.

Тело в этот момент с характерным звуком шлёпнулось на песок.

‑ Превосходное оружие, ‑ спокойно добавил он, словно только что попробовал хороший десерт.

‑ Оно ваше, старшина, ‑ полковник сделал отстраняющий жест, отодвигая клинки обратно. ‑ Первый раз за всю жизнь вижу, как представителя «горной школы» разделали за пять ударов сердца.

Где-то на трибунах тихо хмыкнули те, кто пытался считать, действительно ли было пять, или всё‑таки шесть, но факт оставался фактом: бретёр приехал за деньгами, а уехал, экономя на транспорте.

‑ Тогда клинки бретёра, по праву ‑ ваши, ‑ Ардор поклонился чуть ниже, уже как младший старшему. ‑ Уверен, в вашей коллекции им найдётся достойное место.

‑ Господа, ‑ генерал‑артиллерист, до сей поры молча наблюдавший за обменом вежливостями, шагнул вперёд. Звёзды на его груди чуть звякнули. ‑ Не вижу повода, чтобы не отметить этот короткий, но весьма яркий бой.

Он слегка окинул взглядом стоявших полукругом гостей, где в глазах офицеров и дам ещё горел отблеск смерти.

‑ Предлагаю переместиться в Офицерское собрание и продолжить там, ‑ закончил он, уже почти улыбаясь.

Предложение встретили гулом одобрения. Офицеры, распалённые зрелищем короткого, но очень выразительного боя, отказываться не собирались. Обсуждение требовало смазки, а алкоголь и разговоры о только что увиденном традиционно считались лучшим лекарством от нервов.

Началось всё более‑менее прилично. Застолье, тосты «за честь корпуса», «за твёрдую руку барона» и «за упокой души самоуверенных идиотов». Через какое‑то время градус беседы и напитков вырос, и праздник логично перешёл в следующую фазу: приезд артисток местного кабаре, театральных хористок и нескольких дам из числа наиболее раскованных в общении.

Состав «гостевой группы» подбирался, очевидно, с учётом интересов присутствующих: немного утончённых, немного откровенных, немного тех, кто умеет смеяться над армейскими шутками и не обижается на руки, торопящие события.

Вопросы предохранения в этом мире решались просто и технологично. Амулеты «Матери-Заступницы» продавались повсеместно, стоили сущие гроши и считались таким же базовым предметом, как носовой платок. Десять монет, простая активация ‑ и можно не задумываться о неожиданных наследниках. Болезней, неподвластных магам‑целителям, давно не существовало, а те немногие, кто пытался их восстановить, уже стали лекционными примерами на курсах по правоведению в разделе «Коронные преступления».