- Что вам надо, барон? Вы-то, без сомнения, не моя совесть.

Не совесть, а кошелек, и, будь барон посмелее, так бы и ответил. Но смелость, по крайней мере, перед лицом Императрицы, в число его достоинств не входила.

- Лишь беспокойство о вас, Ваша Светлость. Понимаю, вы заняты делами куда более важными, но все же я не могу не указать вам на очевидное: вас оскорбили. Оскорбили прилюдно, на главной площади Файизины, и это слышала куча народу. Люди ждут справедливой кары для преступника.

- Справедливая кара – это смерть? Его преступление не столь велико, Тарби, слова - это всего лишь слова.

- Казнят и за меньшее. Это не просто слова, Ваша Светлость, это оскорбление Алого знамени, оскорбление короны. Императрица Иссианская не может спускать подобное с рук.

- Императрица Иссианская, - рассеянно произнесла Констанс, - может все.

- Но только не ронять себя в глазах народа и не позволять безнаказанно себя порочить. К тому же, Дариан стал опасен. Он будет пытаться вам отомстить.