Что-то врезалось в нее, отскочило от невидимой преграды и со стуком упало у ног. Констанс подняла бровь. Арбалетный болт. Кем надо быть, чтобы пытаться убить величайшую колдунью в мире из обычного самострела?

Стрелка уже вытаскивали из какого-то дома. Прекрасная у нее стража, проворонили засевшего в окне идиота. Впрочем, их можно извинить: магическое оружие кадоби чуяли безошибочно, а никакое иное Императрице было не опасно. Удивительно, на что рассчитывал стрелок?

Неудавшегося убийцу под изумленные крики толпы бросили под ноги Констанс. Наверняка в глазах народа сегодняшний день станет днем страшного покушения, чудом не унесшего жизнь великой Императрицы. Не унесшего к счастью или к горю, смотря для кого. Пусть судачат, таких болтов в нее уже летали сотни.

Арбалетчик оказался совсем молодым. Мальчишка потерянно моргал и отчаянно напоминал избранного демонами диверсанта. Очевидно, не мог поверить, что коварное покушение не удалось. Пытаться убить ее из самострела, подумать только. Неужели сложно было догадаться, сколько охранных амулетов носит при себе Императрица Иссиана? Дурачка надо отпустить, отпустить домой к родителям, чтобы те как следует всыпали ему по юной розой заднице. А там он либо поумнеет, либо снова попытается по-идиотски убить какого-нибудь колдуна, и на этот раз его не простят.

Парнишку следовало отпустить. Констанс бы так и сделала, покусись тот на нее на безлюдной улице темной ночью. Но бедняга стрелял в Императрицу на глазах у всего города. Это карается смертью.

Констанс кивнула палачу.

- Повесьте этого. В конце концов, не зря же у нас тут торчит виселица.