Мерзкий разговор, мерзкое дело, которое она предпочла бы обдумать сама. Или, в крайнем случае, с Шаоме наедине, но уж точно не в присутствии барона. Что ему надо?

- Его сын мертв, - наконец-то вклинился Шаоме. – Пусть он был казнен согласно закону, поймите несчастного отца. Эта кровь запятнает ваши руки.

Мои руки запятнаны настолько, дорогой Шаоме, что вряд ли их можно испачкать еще больше. Но ты прав. С идеалистической стороны дела. А с практической?

Практическая сторона дела в лице унизанного перстнями барона вела себя практично.

- Этот человек – угроза для вас, Ваша Светлость. То, что является угрозой для вас, является угрозой и для Империи. А для всех нас интересы Империи должны стоять превыше всего, даже если ради их соблюдения приходится пачкать руки.

Ага, а еще твои интересы, поскольку Дариан – твой прямой конкурент в торговле. Но это, разумеется, к делу не относится, ты всего лишь радеешь за мое благополучие.

Но ты прав. На пороге большой войны нужно быть практичными, увы.