Дальше справа на вершину прорываются рассеявшие врагов варяги и, если судить по кличам, витязи Святовида. Больше ничего не видать и Змиулан указывает острием на вражеский штаб, а моя пересохшая глотка выталкивает призыв к бою:

  - Туда! Всех убить! Никого не щадить! Если сделаем все правильно и переможем врагов, то будет нам слава и благодарность великих предков, а нет, значит, сами себя винить станем! Гойда!

  Снова конский топот. Усталые животные едва не валятся с ног, но выкладываются из последних сил и несут нас навстречу охранникам королевского холма, элитным рыцарям, тамплиерам и паладинам. Нас всего сорок человек, а их полторы сотни, все кто остался подле повелителя Священной Римской империи и главного вдохновителя Крестового похода. Расклад дрянь, могло бы быть и лучше, и можно было бы подождать подхода варягов или нашей кавалерии. Но ждать нельзя. Конрад Гогенштауфен отнюдь не дурак и он имеет реальную возможность вновь собрать свои силы в одном месте и прикрыться щитами воинов. Так что мои мысли на поверхности, пока Бернард из Клерво и король будут спасать свои шкуры, они не смогут руководить остальными войсками, которые рассеяны вокруг. Все просто, четко и предельно ясно.

  Большую скорость нам набрать не удалось, и мы схлестнулись с рыцарями. Злые жеребцы грызли друг друга и кусали седоков. Мечи и копья пробивали латы и кольчуги и вонзались в плоть. Крестоносцы дрались отчаянно и чрезвычайно умело, но остановить нас они все же не смогли, по крайней мере, меня, и вскоре, оставив за спиной погибающих пруссов, я оказался перед шатром Конрада Третьего. Рядом с ним находился окруженный телохранителями и самыми знатными аристократами король, а немного поодаль, скрестив на груди руки, в одиночестве стоял тот, кого жаждал убить мой непростой клинок. Все крестоносцы на миг замерли, и я тоже остановился. Они смотрели на меня, словно я тронутый умом, поскольку, что может одиночка против целого отряда гвардейцев, как светских, так и религиозных? По факту, практически ничего. Ну, а что касается меня, то, поймав взгляд Бернарда, я просто не мог пошевелиться, ибо в его глазах плескалась такая Сила, что мне невольно захотелось спрыгнуть с коня, упасть перед ним на колени и покаяться. Реально, так все и было, и если бы не Змиулан, наверное, Вадим Сокол поддался бы чарам прислужника темных богов и бросился бы в бой против своих братьев по крови. Но, заточенный в сталь демон мое состояние заметил, и в голове раздалось змеиное шипение:

  - Кинь меня-с во врага-с и можешш-шь бежать-сс. Давай-с! Не поддавайся ему!