Спал я отвратительно, впрочем, со дня, когда мы посетили древний Аш'Фар у меня не выдалось ни одной спокойной ночи. Стоило сомкнуть веки, как я видел разрушенные города и выжженные пустыни. Среди останков зданий кружили чёрные вихри, сверкали молнии и вставали силуэты уже знакомых мне теней. Я видел, как умирал мир людей, а в небе кружили драконы.
— Белла, — помимо собственной воли шептал я, просыпаясь в холодном поту.
Белла представлялась мне вестницей Светлых богов, способной выдернуть меня из нескончаемого кошмара. По ночам я почти боготворил эту безродную сиротку. С наступлением утра я вновь начинал ненавидеть её за то, что так страстно желал.
Завтракать я не мог — всё думал о предстоящей встрече с ней. Глупые драконы легко поверили в то, что Первый чародей Альмерании прибыл к ним для того, чтобы обучать дочь Ренвика управляться с даром, когда он проснётся. Они обещали предоставить нам класс для занятий и все необходимые ингредиенты для зелий и заклинаний. Не было у них лишь книг, написанных на человеческом языке — их мне пришлось прихватить с собой.
Я ожидал увидеть одного из советников Эйдена, но ко мне прислали двух синих драконов. Старших представился Ларрисом и предложил мне следовать за ними — мол, владычица Реджина уже готова заниматься и ждёт меня в классе. «Владычица!» — злобно возмутился я про себя, но виду не подал. Ещё чуточку, ещё капельку терпения. Главное, чтобы никто не помешал нам.
— Оставьте нас одних, — сказал я драконам, когда они привели меня к Белле.
Эти синие ящерицы и ухом не повели! Они благоговейно уставились на сиротку, ожидая распоряжений от неё. Фальшивая Реджина держалась молодцом, и я уже предвкушал, как встряхну её и за мгновение выбью из неё всю спесь. У меня был для неё подарок, но я не собирался отдавать его просто так.
— Ларрис, всё хорошо, вы можете идти пока, — спокойно сказала она стражам.
— Мы будем в коридоре, — поклонился дракон.
Я оглядел просторное помещение: оно вполне годилось не только для проведения магических уроков, но и для учебных полётов юных драконов. Сквозь стеклянный купол в класс проникал рассеянный свет осеннего солнца. По стенам выстроились стеллажи с реквизитом, свитками и склянками. В углу стояли манекены и был свален всякий хлам.
Какого же труда мне стоило дождаться, когда шаги стражей утихнут! Как сложно было делать вид, будто меня интересует эта дурацкая драконья аудитория!
— Скажи, что ты соскучилась по мне, Белла, — прошептал я и подошёл к ней.
— Нисколечко, магистр Майрон, — вскинула подбородок она.
Дерзкая и нежная одновременно, она вновь взметнула в моей душе бурю противоречивых чувств. На её изящной шее была цепочка, на которой висел волшебный артефакт — серебряная звезда с чистым, как эльфийская слеза, аметистом. Вот что помешало мне проникнуть в её покои!
— Ты решила защититься от своего учителя?
— Как видите. Не люблю, когда в мою комнату входит кто попало.
— Но когда ты вышла…
— Вчера перед ужином я оставила амулет на кровати, — Белла посмотрела мне в лицо. — Как теперь понимаю, я сделала это не зря.
— Всё ещё считаешь меня своим врагом, маленькая фальшивка?
— А разве вы мне друг?
— Я так хотел увидеть тебя вчера и сказать, что привёз письмо от твоей сестрёнки Талисы!
Она побледнела и кинулась ко мне. Я выудил из-за пазухи конвертик и покрутил перед её носом.
— Отдайте! — потребовала Белла. — Отдайте, или я кликну моих стражей!
— Позовёшь синих ящериц, я сожгу письмо, — усмехнулся я и заставил краешек конверта задымиться.
— Магистр Майрон, прошу вас!
— Один поцелуй, сиротка. И письмо будет твоим. Один маленький поцелуй!
Она заметалась, как птичка в клетке. Я буквально услышал, как колотится в груди её взволнованное сердечко. Её дар встрепенулся от моей близости. Я на миг прикрыл глаза и понял: Белла невинна, она до сих пор невинна. Это сводило меня с ума.
Глава 33
Глава 33
— Вы просите невозможного, я жена владыки Эйдена, и мои поцелуи не продаются!
Кажется, моя малышка научилась довольно быстро брать себя в руки. Пусть её губы дрожали от негодования, а взгляд беспомощно метался из стороны в сторону, она нашла в себе силы отказать мне. И письмо от сестры не помогло. Я не выдержал, схватил Беллу за плечи и притянул к себе. Конвертик с письмом выскользнул из пальцев и спланировал на пол.
— Мы оба прекрасно знаем, кто ты есть на самом деле. Безродная сиротка из приюта, которую отмыли, приодели и выдали замуж. Ты должна быть благодарна мне. Это я сделал так, что тебя стало не отличить от настоящей принцессы!
— Я благодарна! — сердито сверкнула глазами она. — За то, что познакомилась с настоящим, достойным мужчиной. Не таким, как вы или король Ренвик, или герцог Карл. Со смелым и справедливым. Эйдену и в голову бы не пришло меня мучить!
Я подцепил её амулет пальцами и намотал длинную цепочку на кулак.
— Ты до сих пор не стала ему настоящей женой, что за тайную игру вы ведёте? — прошипел я в лицо Белле.
— Я уже говорила, что владыка не хочет брать меня силой!
— И я уже говорил, что этого не может быть, — покачал головой я, затягивая цепь на её нежной шее. — Безмозглая ящерица уважает решения какой-то там человечки? Бред! Эйден наверняка что-то подозревает! Куда он полетел на самом деле?
— К эльфам! — почти крикнула она мне в лицо.
— А может, ты ему о чём-то проболталась?
У меня по спине поползла струйка пота. От одной мысли, что сиротка могла случайным словом испортить весь грандиозный план короля Ренвика, становилось страшно. Амулет в моей ладони начал нагреваться, и я дёрнул цепь сильнее — скоро она должна была разорваться. Без проклятой безделушки я смогу воздействовать на Беллу магией, и тогда она станет куда более сговорчивой.
— Я ничего ему не говорила, — всхлипнула она, пытаясь ухватиться за шею. — Клянусь!
— Если драконы узнают о том, что мы их перехитрили от тебя, то я испепелю не только письмо, но и твою несчастную сестрёнку. Зажарю живьём, ты поняла меня!
— Да, магистр Майрон, да!
— Умница, — выдохнул я ей в губы. — А теперь ты поцелуешь меня. Страстно. Горячо.
— Нет, я не стану!
Она зажмурилась, когда я в последний раз дёрнул за амулет и уже почти прикоснулся к её полураскрытому ротику. Меня била дрожь предвкушения, голова шла кругом. Все органы чувств были сосредоточены на ней — такой близкой и невозможной. Глупая девица, если бы она только осознавала свою власть над Первым чародеем, я мог бы быть у её ног, выполнять все её желания и прихоти!
Я не успел дотронуться до пьянящих розовых губ, как она вскрикнула: амулет в моей руке дымился. В одно мгновение металл раскалился так, что кожа на ладони зашипела и обуглилась — и только после этого меня запоздало настигла боль.
Зашипев, я выпустил амулет и затряс обожжённой рукой. Мерзавка вывернулась, оттолкнула меня и быстро подняла упавший конверт, сунула его за пазуху.
— Упрямство не доведёт тебя до добра, — сказал я Белле, превозмогая боль. — В конце концов, тебе всё равно придётся снять эту безделушку, чтобы обучаться магии.
— Когда у меня будет магия, я уже не буду беззащитной перед вами!
— Вот как? Ты считаешь, что едва пробудившийся дар какой-то там подзаборной сиротки способен тягаться с моим даром? С моей магией, совершенство которой я оттачивал годами?
Она смотрела на меня с вызовом, даже чуть насмешливо. Кажется, она прекрасно понимала, что я мог защитить себя от ожогов, но думал в тот момент совсем о другом.
— Вы приехали сюда как учитель, Первый чародей, — сказала она, чуть успокоившись. — Уверена, если вы будете вести себя соответственно, то у нас не будет никаких проблем. Надеюсь, вы привезли мне учебники?
— Да, — только и сказал я.
— Я понимаю, у вас в руках моя сестра Талиса. Но и вы должны понять: если с ней что-нибудь случится, я не обещаю держать данное вам и Ренвику слово. В этом не будет никакого смысла.
— Белла, я вижу тебе нравится роль, которую мы дали тебе сыграть. Мне знакомо это чувство — власть развращает. Власть и магия развращают вдвойне. Я мог бы сказать тебе, что у Талисы такой же, как у тебя дар. Ты не задумывалась об этом?
— Если с ней что-нибудь случится… — повторила она, снова растеряв уверенность.
— С ней может случится пробуждение дара. Раньше, чем с тобой.
— Она ещё ребёнок! Как вы смеете угрожать мне такими вещами?!
— Это не угроза, Белла. В жизни случается всякое. Болезнь, любовь… война.
При слове “война” она вздрогнула, и на миг мне вдруг показалось, что она всё знает о Реджине и пробуждении Мор'Таагра. Это было невозможно, но взгляд Беллы сделался хмурым и тревожным, как будто она что-то обдумывала.
— Пришлите мне учебники, магистр Майрон, — выдавила она наконец. — Полагаю, нам бессмысленно начинать занятия сейчас, до возвращения моего мужа. Кстати, я не спросила — как поживает настоящая принцесса Реджина?
Слава всем богам — светлым и тёмным — сиротка ни о чём не знает! Я взглянул на обожжённую руку и ответил, что с наследницей престола Альмерании всё хорошо. Она уехала в отдалённое графство и развлекается там конными прогулками, танцами и вышиванием. Белла кивнула и зашагала прочь, к дверям.
Только когда она исчезла из вида, ко мне вернулась способность воспринимать реальность. Я несколько раз вдохнул и выдохнул, прошептал заклинание, облегчающее боль от ожога. Основы целительской магии в Академии преподавали всем, и пусть у меня не было с собой мази или эликсира, рана от раскалённого амулета перестала мучительно дёргать и затянулась.