— Хочешь сказать, у тебя зрение плохое?

Единственная проблема со зрением, которая могла у нас возникнуть, — отсутствие глаз. Многие ведьмы забавы ради выкалывали моим собратьям глаза. Держали оборотней в плену, всячески издеваясь. Наш организм мог восстановить глазные яблоки, но сатанинские твари заливали в глазницы специальный отвар. Он мешал заживлению ран, и оборотень мог навсегда остаться слепым. Правда, мучаются они не долго — ведьмы, как правило, после своих извращенных развлечений убивают волков. Стремятся избавиться от любой угрозы.

Ненависть к этим сукам проснулась с новой силой, испепеляя стыд и сожаление из-за того, что я сделал с Аглаидой. Она была одной из них. И скорее всего каким-то образом приворожила меня. Она заслужила каждую толику той боли, что я ей причинил. И еще причиню.

Вот только внутри зудит мысль, что я пытаюсь себя оправдать…

— Приезжая сестра действительно похожа на княжну Аглаиду. Но и сказать, что она ее точная копия, не могу. Чем-то они отличаются… Я-то обеих лишь мельком видел.

— Ладно. Разберемся. Веди к мельнице.

— Мы близко уже.

В шумах ночного леса я начал различать шелест воды. Ветра почти не было. Потоки воздуха лишь слегка гладили реку. Но и этого было достаточно, чтобы понять, где река и как далеко она от нас. Запах тины и ила стал различимее. Ведьмы выбрали идеальное место для своего логова.

У реки они легко могли получить многие ингредиенты для зелий. Да еще и лес рядом. Никто не потревожит. Можно творить любое чародейство, не опасаясь людских глаз и случайных свидетелей.

Среди сонма лесных запахов почувствовался и аромат одного из наших. Йелек хорошо замаскировался, но мне удалось различить его присутствие. Сам он обнаружился в небольшой яме у корней старых трухлявых сосен.

Повернулся к нам и махнул рукой, призывая пригнуться. Мы улеглись рядом.

— Обе дома. Кажется, собираются колдовать.

Цирьяк передал Йелеку еду с питьем.

— Мельника они зачаровали — мужик сам не свой. — Йелек торопливо приложился к фляге.

Я кивнул:

— Поешь. Потом расскажешь.

Пока он спешно расправлялся с ужином, я взглянул на добротный деревянный дом. Окна горели мягким золотистым светом. Но что происходило внутри, — не разглядеть. Везде висели плотные занавески.

Невдалеке от дома возвышалась мельница. Лопасти, поскрипывая, крутились, отбрасывая мрачные тени. Одна из теней металась туда-сюда, слишком непохожая на мельничное «крыло». Словно желая нам помочь, из-за туч вышла луна. Она осветила обрывок плотной черной ткани. Как будто стяг колыхался на ветру. А на нем отражалось звездное небо. Ткань переливалась сиянием звезд.