И Элрик наконец сел в седло. Остальные отвернулись, чтобы не видеть, как он добивает раненых, давая своему мечу возможность вновь набрать энергию. Элрик был исполнен решимости найти и наказать Гейнора за все зло, что он причинил. Он обходил эти еще живые тела, не обращая внимания на их вопли о пощаде.

— Я должен взять у вас то, что ваш хозяин взял у нас, — сказал он. И в этом убийстве не было ни чести, ни достоинства. Он делал только то, что было необходимо.

Когда он вернулся к своим товарищам, Плетеной женщины уже не было — она исчезла, взяв причитающуюся ей плату; все враги были повержены и мертвы.

— Армия Хаоса побеждена, — сказала принцесса Шануг’а. — Но Хаос не изгнан из нашего царства. У Гейнора здесь еще есть немалая сила. Он скоро снова выступит против нас. — Она вернула себе своего коня.

— Мы не должны позволить ему сделать это, — сказала Роза, отирая Быстрый Шип о свою атласную накидку. — Мы должны изгнать его назад в Ад, чтобы он больше никогда не смог угрожать вашему царству.

— Это верно, — сказал Элрик, одолеваемый собственными тяжелыми мыслями. — Мы должны загнать зверя назад в его нору и заточить его там, если его нельзя убить. Ты можешь найти дорогу к нему, Чарион Пфатт?

— Могу, — сказала она. У нее было несколько незначительных ран, и другие помогли ей забинтовать их, но в ее движениях присутствовала какая-то бесконечная радость, словно она все еще не могла прийти в себя после своего неожиданного спасения. — Он, вне всякого сомнения, вернулся на Корабль, Который Был.

— Это его цитадель… — пробормотала Роза.

— Там его силы должны быть особенно велики, — сказала принцесса Мишигуйа, устраиваясь в седле.

— Да, там он, несомненно, силен, — согласилась Чарион Пфатт, сдвинув брови, — гораздо сильнее, чем был здесь, на поле боя. Но я так до конца и не понимаю, почему он не воспользовался здесь всем, что было в его распоряжении.

— Возможно, он ждет нас, — сказал Элрик. — Возможно, он знает, что мы придем…

— Мы должны идти туда и вернуть сокровища Розы, — сказала принцесса Тайаратука. — Мы не можем допустить, чтобы принц Гейнор оставил их у себя.

— Верно, — с чувством сказал Элрик, к которому вернулось ощущение тревоги. Он вспомнил, что душа его отца остается во владении Гейнора и что очень скоро Ариох или какой-нибудь другой Владыка Хаоса постарается прибрать ее к рукам, а тогда она устремится к Элрику и спрячется в нем, и отец и сын таким образом воссоединятся навеки.

Элрик стянул черные кольчужные рукавицы и приложил ладони к мощному крупу коня, но ничто не могло изгнать холод, который проник во все его существо.