— А… я что… — клоун съежился и опустил глаза.

Принцесса фыркнула и, резко развернувшись, пошла прочь. Подхватив ире на руки, Энрике вслед за Шу выскочил из фургона. Только отойдя от цирка на десяток шагов, она остановилась и обернулась.

— Ну?

— Что?

— Отпусти ее.

Отпускать уютно умостившуюся на руках ире не хотелось, но Энрике подавил неуместные желания. Он осторожно поставил ее на землю — и только слегка вздрогнул, когда рыжая косичка мазнула по щеке.

— Как тебя зовут? — спросила Шу.

— Бален, — после секундного колебания ответила ире.

— А я Шуалейда.

Шу осторожно приблизилась к ире, вставила ключ в замочную скважину на ошейнике: тот затрещал и распался на две дуги. Поймав железки, Шу протянула их вместе с ключом Бален. Но та отшатнулась и замотала головой. Вспыхнув острой синевой, Шу разломала ошейник и бросила под ноги Бален.

— Пойдем с нами?

— Шу, вернись. Бертран не поймет, если ты исчезнешь посреди представления.

— Да, ты прав. Отведи ее в мою комнату. — Шу снова повернулась к Бален. — А ты дождись меня, пожалуйста.

Ире, заворожено глядевшая на обломки ошейника, кивнула. Зеленое сияние изменилось — если раньше оно отдавало пожухлой горечью, то сейчас радостно и зло взблескивало, как слюдяные стрекозьи крылья.

Коснувшись ее руки, Энрике позвал:

— Идем. Тебе надо поесть. И полечиться не мешает.

Ире смотрела вслед убегающей девчонке, пока та не скрылась с глаз. И только когда Шу завернула за фургон, обернулась.

Ослепительная улыбка — я свободна! — чуть не сшибла Энрике с ног. Сейчас, счастливая, Бален совсем не походила на то испуганное создание, увиденное им у ворот. Она вложила пальцы в его протянутую руку — доверчиво и царственно.

— А как твое имя? — ее голос был хрипловатым, прохладным и мелодичным. Как шум лесной речушки по камням, свежий, манящий — пить, не отрываясь. Энрике прикусил язык, прогнать морок. Чтоб это воздержание!

— Энрике шер Герашан.