Зако с Энрике переглянулись и промолчали.

— Ну? — тихо повторил Кай. — Или мне придется идти к Шу и выяснять у нее?

— Пожалуй, так будет правильно, ваше величество, — так же тихо ответил Энрике. — Ее высочество не делилась планами.

— Не делилась, значит… А моя гвардия ничего не знает и ни о чем не догадывается. Может, моя гвардия сменила шпагу на грабли и занялась выращиванием тюльпанов?

Оба, капитан и лейтенант, опустили глаза, а Кай в очередной раз подумал, что слишком привык полагаться на сестру. Доверие доверием, но королем-то быть ему, а не Шуалейде! К тому же, рано или поздно кронпринц Люкрес потребует от нее исполнения клятвы, и тут уже Шуалейде будет нужна помощь Кая. В любом случае, пора решать все самому.

— Докладывайте, капитан, — мягко велел Кай.

Энрике хмыкнул и поднял укоризненный взгляд.

— Так точно, ваше величество, — отчеканил он. — Докладываю. Тюльпаны цветут и пахнут, моя защита продержится не более минуты, и все происходящее в этой комнате снова будет видеть темный шер Бастерхази.

Несколько мгновений Кай молча сжимал кулаки и проклинал собственную дурь. Щеки горели, хотелось спрятаться, а лучше — убить проклятого темного шера.

— Может, пойдем к Шуалейде, — прервал тягостное молчание Зако. — Наверняка у нее на завтрак не такой кислый виноград.

— Пошли! — Кай вскочил, бросил салфетку на стол и, как был без сюртука, устремился к дверям.

— Не стоит так бежать, ваше величество, — Энрике преградил дорогу и подал сюртук.

— Бежать, а это отличная идея! — воскликнул Кай. — Пока не поздно, надо бежать отсюда. Пусть Ристана получит свою корону, а я — свободу. Она же не станет преследовать меня, если я откажусь от короны в ее пользу? Пусть Шу придумает, как нам исчезнуть незаметно…

Кай нес околесицу, как и подобает перепуганному насмерть мальчишке, Энрике с Зако фальшиво утешали, обещали, что все будет хорошо, и предлагали развеяться — подраться, сыграть в карты или прижать в уголке придворную даму помоложе и посимпатичнее. Если Бастерхази сейчас наблюдал за ними, мог быть спокоен: жертва тряслась от страха и не помышляла о сопротивлении. К тому моменту, как подошли к башне Заката, Кай и сам поверил в свою игру.

— И где она? — вопросил он накрытый на две персоны стол в пустой гостиной.

— А не позавтракать ли нам? — отозвался Зако, примериваясь к румяному пирожку.

Энрике его опередил.

— Меньше слов, больше дела!

— Почти полдень! Сколько можно валяться? — Кай схватил со стола кувшин с водой и устремился наверх.

В опочивальне сестры было тихо. Кай осторожно приотворил витражную дверь, и, держа кувшин наизготовку, проскользнул в спальню.