– Оставьте нас на минуту, – попросил он тетушку Розелину, убиравшую в шкафчик чайный сервиз.

– Только с условием, что дверь будет открыта! – строптиво ответила та и вышла в гостиную.

Торн распахнул дверь шире некуда. В кухне горел только газовый рожок, и от его света долговязая тень Торна легла на обои, а сам он стоял перед Офелией, глядя на нее сверху вниз.

– Вы с ним знакомы.

Он произнес эти слова яростным шепотом.

– Вы встречаете его уже не впервые, – продолжал он. – Я имею в виду, в вашем истинном обличье.

Офелия не сразу поняла, что он говорит об Арчибальде. Она откинула назад густые волосы, падавшие ей на лицо.

– Я случайно познакомилась с ним… раньше.

– В ночь вашей эскапады.

– Да.

– И он все это время знал, кто вы такая.

– Нет, я ему солгала. Признаюсь, не очень умело. Но он так и не понял, что Мим и я – одно лицо.

– Вы могли бы сообщить мне о вашей встрече.

– Несомненно.

– Может, у вас были причины скрывать это знакомство?

Даже тусклый свет газового рожка позволил Офелии заметить, как у жениха на щеках задвигались желваки.

– Надеюсь, вы не имеете в виду того, что я и выговорить не решаюсь, – глухо сказала она.

– Должен ли я понимать ваши слова так, что он вас не оскорбил своим ухаживанием?

Офелия буквально задыхалась от ярости. Это уж слишком! Что он себе позволяет?!

– Нет, не оскорбил. Зато вы сейчас оскорбили меня так, как никто и никогда.