– Можно мне встать? – попросил он.

Я все еще сидела на нем верхом и сжимала руку в кулак.

– Конечно, – сказала я, заливаясь краской. – Прости.

Мы поднялись на ноги и уставились друг на друга. Не успела я и рта раскрыть, как он обхватил меня за талию и прижал к себе.

– Прости, прости… – шептал он в мои грязные волосы. – Ты сможешь меня простить?

Я оторвалась от него, хотя только и мечтала раствориться в его объятиях. Я думала, мы никогда больше не увидимся, а теперь он стоял передо мной и просил у меня прощения. Он отбросил все рациональное, все эонийское, и послушался своего сердца. Поверил в меня. Вопреки всему.

К горлу подступил ком. Не в силах вымолвить ни слова, я просто кивнула.

– Тогда пойдем. – Он схватил меня за руку. – За тобой придут меньше чем через час.

Но я не могла бежать с ним, не рассказав ему правду. Если нас поймают, его посадят в тюрьму, а может быть, и казнят.

Сможет ли он меня простить?

– Что? – сказал он. – Что такое?

С трудом сдерживая слезы, я помотала головой. Он так смотрел на меня, будто я для него – все. Его сердце. Его будущее. Он снова видел во мне девушку с рисунка. Как же мне не хотелось разбивать его надежды! И свои тоже…

– Киралия, – прошептал он, взяв мое лицо в ладони. – Мы отсюда выберемся. Вместе. Не волнуйся.

– Дело не в этом. Выслушай меня, пока мы никуда не ушли. – Я перевела дыхание. – Это… это я их убила…

Хотя теперь я знала всю правду, эти слова по-прежнему звучали абсурдно.

Варин сразу же переменился: его руки повисли вдоль тела, спина сгорбилась, на лице появилось выражение полного безразличия, будто он отключил эмоции.

– Постой, – поспешно добавила я, протягивая к нему руки. – Дай мне объяснить.

Я рассказала ему о новых эонийских технологиях и о том, как с их помощью Макель подчинил мой разум. Варин слушал молча, только гневно поблескивал глазами.

– Ты простишь меня? – спросила я с замиранием сердца.