Если нет, лучше мне остаться в тюрьме и ждать казни. Варин хотел помочь мне, думая, что меня подставили, но теперь он знал правду. Я и в самом деле убийца. Может быть, для него это чересчур. Он ведь все-таки из Эонии, а у них там очень строгие понятия о доброте и справедливости. Их учат верить тому, что у них перед глазами. И все же он не уходил. Стоял передо мной и смотрел на меня.

– Да, – сказал он, резковато и с некоторой опаской.

– Если ты передумал насчет побега, я все пойму.

Вдруг он затолкает меня обратно в камеру? Вдруг он считает, что я заслуживаю казни?

Притянув меня поближе, Варин нежно поцеловал меня в губы. Я запустила пальцы в его волосы, и на душе у меня стало спокойно. Я нашла себя – впервые за долгие годы.

– Я хочу быть с тобой, – сказал Варин. – Ты себя не контролировала. На твоем месте мог оказаться кто угодно. Ты не виновата, что Макель выбрал тебя… – закончил он с каменным лицом.

Мне хотелось сорвать с него эту безжизненную маску и бросить в огонь.

– О чем ты думаешь? – спросила я, проводя пальцами по его щеке.

– О том, что время поджимает, – он взял меня за руку, – и о том, что если Макель попадется мне на глаза, я его прикончу.

– А где стража? – спросила я, когда мы вышли в коридор. Странно, что за час до казни у входа в тюрьму никого не было.

– Я сказал, что их вызывает инспектор, – пожал плечами Варин. – Чтобы подготовить все для казни.

– И они тебе поверили? – изумилась я.

Он отвернулся и пробормотал себе под нос:

– Я эониец. К тому же я сам тебя сдал.

– Я тебя не виню, – сказала я, погладив его по руке.

Он взглянул на меня, и в глазах у него засветилась надежда. Он хотел что-то добавить, но я рассмеялась и сказала:

– Потом поговорим.

Он повел меня к архейскому крылу, и в памяти тут же всплыла сцена смерти королевы Айрис.