Мама заставила Аравана одеться, нанесла маскировку на его костюм, еще раз проинструктировала и указала, куда идти, обняв напоследок. Я тоже обняла братика, на душе было тревожно.

И когда за ним закрылся проход, тревога только усилилась.

— Успокойся, — приказала мама. — Тени всегда так — поначалу не могут смириться, пытаются захватить контроль над телом, в итоге — делают все, чтобы спасти своего носителя. Это симбиоз, Кира, взаимовыгодное сотрудничество, здесь нет проигравших сторон.

— Но я так понимаю, обычно тени не осознают… — прошептала я.

— Момент вселения и первые сутки — осознают отчетливо, — ответила мама. — После осознанность уходит, они просто живут, как и носитель, и вновь ощущают себя отдельными, когда тар-эн умирает.

— Ужасно, — прошептала я.

— У них всегда есть выбор, невозможно вселить тень без ее на то желания. — Ма ответила достаточно резко.

Затем прошла к своему рюкзаку, достала и бросила мне новую упаковку с соком, достала вторую такую же, торопливо выпила и принялась убирать все. Я взялась ей помогать, и через несколько минут здесь не осталось следов нашего пребывания.

История девятая: О долгих прогулках и последствиях купания в незнакомых водоемах

История девятая:

О долгих прогулках и последствиях купания в незнакомых водоемах

По давно мертвому кораблю мы прошли в тот сад, где бесились вчера с Араваном, дошли до расщелины, через которую в корабль задувал снег, и вот там мама остановилась, достала спреи от запаха и маскировочные. Я натянула лыжную маску и очки — без специальных очков в горах среди яркого слепящего снега делать было определенно нечего, после начала крепить альпинистское снаряжение.

И вдруг отчетливо расслышала:

«Здесь воины клана Таргар. Трое. Наши пути не пересекаются, но те идут по песку, отслеживая следы. Я так полагаю, что ваши».

Не веря ни себе, ни ощущениям, ни ушам, в конце концов я мысленно позвала:

«Капитан Иллоэр?»

Спросила, не прикладывая пальцы к шее.

Но он услышал и поправил:

«Виэрдан».

«Кира, — в свою очередь представилась я. — Так там… тары?»