– Недавно из кареты донесся странный грохот, даже кони чуть не понесли. Как бы чего не случилось.

Герцог с непонятной самому себе тревогой посмотрел в хвост колонны, где чернела несуразная и огромная карета. Даже мысль мелькнула проверить, что там и как, потому что, кроме него, никто не имел права беспокоить великого Маурьи в любое время дня и ночи. Но льющаяся рядом река бравых кавалеристов одним своим видом загнала беспокойство в глубь сознания: на радость и празднование победы завоевателю и так останется мало времени. Поэтому главнокомандующий провинции только поинтересовался:

– Но дед в окне не показывался? Дым из трубы не шел? Больше ничего не грохочет?

– Никак нет!

– Вот и отлично! Уже на месте я с ним поговорю! – и, еще раз глянув на строй, зычно заорал: – Орлы! Атаковать врагов империи прямо с марша! Сегодня мы будем пировать в замке Ночной Преграды! Но кто отстанет, будет ночевать под стенами в поле! Рысью! Рысью!

И сам умчался на своем породистом лошаке в голову колонны.

Поэтому и примчались два полка под стены замка на взмыленных лошадях без всякой предварительной разведки или элементарного осмотра местности. Но ведь кавалеристы – не пехотинцы. Да и никаких подручных средств они с собой не везли. А как прикажете влезать на стены пятнадцатиметровой высоты, если нет ни лестниц, ни веревок с «кошками»? Вернее, до сотни веревок, как и якорей для закидки на стены, в переметных сумах имелось, но в данном случае даже любой молодой рекрут понимал, что этого хватит лишь на одну бессмысленную атаку.

Конечно, оба полка считались оснащенными оружием для боевых действий по максимуму. В том числе и луками с тяжелыми, пробивающими любой доспех стрелами. И именно на это в конечном итоге и рассчитывал правитель данной провинции. Но основные надежды он возлагал на элементарный страх как простых ашбунов, так и комендантского отряда Ночной Преграды. По логике и здравым размышлениям, прибывшему герцогу тяжеленные ворота просто обязаны были раскрыть по первому требованию. И это требование прозвучало незамедлительно. Правда, неслось оно из уст выдвинувшегося вперед первого помощника, а сам Бэлч благоразумно притормозил в середине колонны.

– Эй! В замке! – надрывался помощник, багровея от натуги. – Почему никто не встречает его сиятельство?! Почему до сих пор не открыты ворота?! Немедленно открыть! Иначе старший смены будет повешен немедленно!

Как это ни показалось невероятным, но вначале вообще никто на справедливые угрозы не отозвался. Хотя в нишах и проемах между зубцами наблюдалось некоторое ленивое шевеление. Мало того, где-то далеко слышалась разудалая музыка. То ли в зале для пиршеств, то ли на задних дворах, но это раздражало нежданных госте невероятно. Кавалеристы стали спешиваться, расползаться по обочинам дороги и протирать лошадей тряпками и пучками сена. А потом и попонами накрывать. После подобной скачки животных следовало спасать от переохлаждения. Тем временем первый крикун уже охрип и посинел, и его заменил один из самых басистых воинов, но и на его утробные крики началось конкретное шевеление лишь за момент отдачи приказа к штурму. На верхотуре донжона появился несколько странно одетый воин и с развязной наглостью стал присматриваться к кричащим. Потом демонстративно поднес ко рту флягу, отпил из нее и, сыто рыгнув, начал разговор: