Можно было и сообразить, мрачно подумал Крейн: Фритс ехал бы с сиреной или мигалкой даже на немаркированной машине.

Крейн взглянул через дорогу на Мавраноса. Тот почти весело прищурился.

– Со мною все в порядке, – громко сказал он, пошевелив запыленными усами. – Я тоже любил Оззи.

Трамбилл шагал к Мавраносу, его галстук и фалды пиджака хлопали, как флаги на корабле.

– Крейн, брось пушку, или я убью твоего дружка! – заорал он, уставившись тяжелым взглядом выпуклых глаз в лицо Крейну.

– Ха! – взвыл Мавранос и с силой топнул ногой по пыли.

Голова Трамбилла резко повернулась к нему, рука с пистолетом подскочила…

…И Крейн, представлявший себе воображаемые ружья за лобовым стеклом микроавтобуса с такой же наглядностью, с какой видел бы скорпиона прямо перед носом, исполнился благодарности к другу за то, что он настолько облегчил все дело…

…вскинул револьвер, поймал взглядом мушку и прикоснулся к спусковому крючку.

Оглушительное «бам» заставило его голову дернуться назад, а отдача толкнула так, что он упал на колени, непроизвольно развернувшись так, что его оружие уставилось прямо в лобовое стекло микроавтобуса.

Его водитель, очевидно, заранее переключил коробку передач на задний ход, потому что не успели колени Крейна коснуться земли, как нос автобуса присел, и машина помчалась назад, выбрасывая из-под передних колес две пышные струи песка.

Крейн поспешно повернул руку с револьвером в сторону пикапа, но Мавранос стоял на дороге один, повернувшись спиной к Крейну, и уже не провожал взглядом удалявшийся микроавтобус, а смотрел в овражек.

Выждав еще мгновение и заставив себя перевести дух, Крейн повернул оружие дулом кверху и поднялся.

Микроавтобус, украшенный, как теперь разглядел Крейн, вывеской цветочного магазина, добрался до широкой площадки, развернулся по кругу и теперь, уже носом вперед и прибавив скорости, удалялся по направлению к шоссе.

Крейн проковылял вниз по пологому склону, пересек дорогу и остановился на краю овражка в нескольких ярдах от Мавраноса.

Трамбилл лежал навзничь в сухом песчаном русле промоины несколькими ярдами ниже. Его пиджак распахнулся, было видно, как на белой рубашке, над животом, быстро растет красное пятно. Его ружье валялось на дороге возле Мавраноса, а пистолет зацепился за камень на середине склона оврага.

– Отличный выстрел, Пого, – сказал Мавранос.

Крейн посмотрел на друга. Тот остался невредим, но на ногах стоял нетвердо, был бледен и выглядел больным.

– Спасибо, – сказал Крейн. Он подумал, что сам должен выглядеть примерно так же.