«Из воды должна подняться рука, держащая меч», – безнадежно подумал он и развернул карту, которую дал ему клерк в конторе проката лодок.

– Давай-ка посмотрим, что у нас есть, – сказал он, водя пальцем вдоль контура Боулдер-бейсин. – Не знаю… Лунная бухта вроде бы звучит подходяще. И остров Мертвеца – еще лучше.

Мавранос наклонился поближе и дыхнул на него пивными парами.

– Бухта Дорожный бегун, – прочитал он. – Мне нравится. Бип-бип…

Крейн оглянулся на сумку со снаряжением: удастся ли ему сегодня хотя бы влезть в воду?

– Поплывем-ка туда, – сказал он после долгой паузы. – Я поведу помедленнее, но ты все-таки держись.

И, держа скорость двадцать миль в час, он повел лодку параллельно берегу на север, в сторону Лунной бухты.

«Освободи сознание, – говорил он себе. – Возможно, Мертвый король готов дать тебе совет, но ему не удается прорваться сквозь завесу статических помех от твоих собственных мыслей».

Он честно пытался, но никак не мог расслабиться. Освободить свое сознание в этих обстоятельствах было так же неосторожно, как оставить незапертую автомашину с работающим мотором на улице в неблагополучном районе.

Всего через несколько минут они обогнули северную оконечность бухты. Крейн сверился с картой и узнал, что следующий заливчик называется Насосной бухтой. Там был пришвартован плавучий дом с ярко-голубым тентом, а на берегу стоял стол, готовилась к пикнику семья и суетилась собака.

Место было явно неподходящим. Солнце немилосердно пекло голову, и он позавидовал Мавраносу, у которого были и фуражка, и пиво.

Он развернул лодку и направился обратно на юг, теперь постепенно удаляясь от берега и держа курс на цепочку островов, которые, словно позвоночник мертвого пса, торчали из воды в южной части плеса.

– Какая рыба тут водится? – прокричал Мавранос сквозь рокот мотора.

– Я слышал, что встречаются крупные сомы, – громко ответил Крейн, щурясь от ветра, – и еще окуни и карпы.

– Карпы, – повторил Мавранос. – Знаешь, это ведь золотые рыбки-переростки; они, как я слышал, не умирают от естественных причин. И переживают зиму полностью замороженными во льду пруда. Молекулы в их клетках наотрез отказываются кристаллизоваться.

Крейн был рад тому, что ветер и шум мотора дали ему веский повод промолчать. Его поиски утопленной головы казались почти рациональным занятием рядом с рассуждениями Арки о математике и науке: антиканцерогенное пиво, фазовый переход в спортивном тотализаторе в «Сизарс пэлас», золотые рыбки, которых нельзя убить…

Остров Мертвеца, представлявший собой не более чем валун неправильной формы, окруженный узкой полоской пляжа, был ближайшим из всей цепочки. Крейн, прищурившись, взглянул на него, а потом задержал взгляд на красной рыбацкой лодочке, покачивавшейся на воде совсем рядом с его восточным берегом.