Нужно выбираться отсюда. Немедленно.

— Фейра! — послышался издали голос Амаранты. — Ты портишь всем нам удовольствие. Выходи!

Можно подумать, мы с нею играли в мяч на лужайке!

Я не хотела выполнять ее понукания. Но Амаранта, сама того не желая, дала мне важную подсказку. Червяк не знал, где я. Он не только слепой, но и глухой. У меня появились драгоценные секунды, чтобы обдумать дальнейшие действия.

Мои глаза привыкли к темноте. Я угодила в логово червя, усеянное костями! Те, что уже успели раскрошиться в порошок, придавали глине белесый оттенок, делая ее похожей на мел. Нужно немедленно выбираться отсюда, пока не стало слишком поздно. Я попятилась к выходу, ломая и отшвыривая обглоданные червем кости.

Выбравшись в яму, я схватилась за отвесную стену и попробовала вскарабкаться по ней. Несколько зеленолицых фэйри поливали меня руганью. «Беснуйтесь. Я не просила вас ставить денежки на мою смерть». Я сумела подняться не более чем на четверть локтя и сейчас же сползла обратно. Нет, без веревки и лестницы отсюда не выбраться. Снова углубляться в туннель, точнее — в нору и искать второй выход? Этот вариант я отвергла сразу, хотя из охотничьей жизни знала: нора любого зверя обязательно имеет запасной выход. А если червяк вздумает вернуться к себе? К тому же в туннеле могут оказаться разветвления, и блуждания по ним лишат меня имевшегося преимущества.

Я должна выбраться из ямы. Я снова попробовала взобраться по стене. Собравшиеся фэйри по-прежнему бормотали ругательства. Меня это устраивало. Пока я порчу им удовольствие, мое положение не безнадежно. Пальцы скользили по холодной глине — ни палочки, ни выступающего камня, за который можно зацепиться. Естественно, как и в первый раз, все кончилось сползанием на дно ямы.

Из логова червя тянуло зловонием. Меня мутило. Я снова и снова пыталась взобраться по отвесной стене, потешая фэйри.

— Что, мышка? Попала-таки в мышеловку? — крикнул мне один.

— Может, тебе подать стремянку? — ехидно спросил другой.

Стремянку.

Я повернулась к груде костей, затем потрогала стену. Вроде твердая. Глина здесь была достаточно утрамбованная. Я попробовала рассуждать. Если этот громадный червяк похож на своих маленьких и безобидных собратьев, то вся глина вокруг меня — не просто глина, а нечто сдобренное отходами его пищеварения. Иными словами, червячьим дерьмом. Отсюда и зловоние.

У меня мелькнула надежда. Из имевшихся костей я выбрала две самые крупные — обе длиннее моей ноги и гораздо тяжелее. Я еле-еле вдавила их в стену. Чем же обычно кормился этот червяк? Кости такой величины могли быть… пожалуй, у быка.