— Только недолго тебе осталось наслаждаться этим счастьем, — улыбнулся король.

Мне показалось, что Риз изо всех сил пытался поставить преграду на пути королевских речей. А король продолжал в той же небрежной манере:

— Попытки меня остановить потребуют от тебя чудовищного напряжения сил. Ты лишишься всего, что имеешь, но и этого будет недостаточно. А когда ты отдашь все и твоя долгая жизнь, Ризанд, наконец оборвется… когда Фейра будет рыдать над твоим трупом, я ее заберу.

В лице Риза ничего не изменилось. Та же маска холодного любопытства. Зато вокруг меня бушевал его гнев. Я видела неистового зверя, готового бросаться и защищать то, что ему дорого.

— Здесь ты ошибаешься, — спокойно возразил Риз. — Фейра победила Амаранту, расправилась с аттором. Вряд ли ей понадобится много усилий, чтобы оборвать и твою жизнь.

— А это мы посмотрим. Когда с тобой будет покончено, я, пожалуй, верну ее Тамлину.

В крови Риза бурлила ярость. В моей — тоже.

«Риз, атакуй или покинь корабль! — снова взмолилась я. — Но действуй!»

Риз накапливал силу. Она бурлила внутри его. Я чувствовала, как он напрягся, чтобы удержать ее в повиновении.

— Заклинание сейчас ослабнет, — сказал король и взмахнул рукой. — Один из маленьких фокусов, которым я научился, пока прозябал на своем острове.

— Не понимаю, о чем ты говоришь, — изобразил удивление Риз.

Они улыбнулись, будто пара добрых приятелей.

— Почему? — спросил Риз.

Король понял его вопрос.

— Ты и твои соплеменники утверждали, что за столом найдется место для всех. — Король презрительно хмыкнул. — Для людей, фэйри самых низших сословий, полукровок. В этом вашем новом мире находилось место всем… пока они думали, как вы. Вот только приверженцам старых традиций места там не нашлось… С какой радостью вы выталкивали нас, зажимали нам рты, смотрели на нас свысока.

Король указал на солдат, наблюдавших за их разговором, потом на залив, где продолжалось сражение.

— Хочешь знать почему? Потому что мы долго страдали. Вы подавляли нас, затыкали нам рты.

Солдаты одобрительно перешептывались.

— У меня нет желания еще пятьсот лет наблюдать, как мои подданные склоняются перед человеческими свиньями. Как едва сводят концы с концами, пока вы нянчитесь с этими смертными, раздаете им наши богатства, не получая взамен ничего.

Он наклонил голову.