Риз освободил Тамлина от оков немоты. Я это поняла, услышав его негромкое рычание. Однако Тамлин даже не шевельнулся. Не попытался броситься на Риза и даже не стал говорить.

— Война вплотную подошла к нашему порогу, — заявил Ризанд. — Мне не хочется впустую растрачивать время и силы на споры с вами.

Этим Риз и отличался от каждого из них. Сдержанностью, умением выбрать слова… Он был воплощением разума и силы. Я знала: Ризанд сейчас говорил так, как думал. Даже если Тамлин был повинен в убийстве его матери и сестры, даже если этот верховный правитель замарал себя отношениями с Сонным королевством… Ради Притиании — нашего общего дома — Риз отодвинул в сторону свою личную ненависть и неприязнь к Тамлину. Жертва, не причинившая вреда никому, кроме души самого Риза.

Но Берона и здесь понесло в сторону.

— Ризанд, быть может, и склонен ему верить, но у нас с Двором весны общая граница, и меня не так-то легко переубедить.

Он криво усмехнулся.

— Возможно, мой непутевый сын сможет кое-что пояснить. Кстати, где он?

Даже Тамлин посмотрел на нас. В первую очередь на меня.

— Помогает охранять наш город, — коротко ответила я.

Не совсем правда, но и не полная ложь.

Эрис усмехнулся и проехался глазами по Несте. В тот момент она показалась мне сделанной из стали. Особенно лицо.

— Жаль, что вы не захватили с собой третью сестру. Я слышал, истинная пара нашего младшего братишки — настоящая красавица.

Если они знают, что Элайна — истинная пара Ласэна… События принимали совсем иной оборот, заставивший меня ужаснуться. У Эриса и его братьев появилась дополнительная возможность ударить по младшему брату, которого они яростно ненавидели. Сделка Эриса с нами не включала в себя защиту Ласэна. От этой мысли у меня пересохло во рту.

— А ты, Эрис, по-прежнему обожаешь слушать звук собственного голоса, — насмешливо заметила ему Мор. — Некоторые привычки не меняются веками. Похвальное постоянство.

Губы Эриса сложились в улыбку. Со стороны казалось, будто встретились добрые друзья, которые не виделись очень давно. Но Мор, видимо, забыла, с кем она пытается вести эту игру.

— И мне приятно видеть, что ты не изменяешь своим привычкам. Пятьсот лет прошло, но ты до сих пор одеваешься как шлюха.

Я не видела, когда Азриель успел вскочить со стула. Голубой вспышкой он пробил магический щит Эриса и опрокинул под ним стул. Дерево жалобно хрустнуло.

Кассиан выругался и бросился к ним… однако натолкнулся на стену голубого света. Ею Азриель отгородил себя и Эриса. Искалеченные пальцы «певца теней» сомкнулись на горле старшего сына Берона.