— Конечно, зорька моя, а где же ещё?

Велес оставил попытки удержать подругу и та отошла от него на пару шагов, повернулась к богу в пол-оборота, приложила пальчик к губам и задумалась. На самом деле Ушас не только выглядела, как шестнадцатилетняя девчонка, но и в душе была скорее ею, чем опытной богиней. Полтора десятка веков не смогли вытравить из её души гигантскую дозу инфантилизма. Сейчас её на самом деле больше всего волновало, не шастал ли суженый последние пару месяцев по чужим бабам, пока она, как дура сидела в его дворце и стерегла пустые покои. Но похоже, молодой бог не врал. И это успокаивало богиню. Впрочем, можно ведь всё проверить…

— Ладно, Пушан, — вынесла она, наконец, свой приговор. — Я прощаю тебя… На первый раз. И больше так не делай. А в знак моей благосклонности к твоей сомнительной персоне я приготовила тебе подарок.

Богиня демонстративно щёлкнула пальцами и из соседней комнаты прямо к ней в руки прилетела прекрасная льняная рубаха. Ворот, края рукавов, подол и все швы были отделаны восхитительными узорами изумительно тонкой вышивки.

— Это тебе. Мне надоела твоя красная безрукавка, — чуть высокомерно начала Ушас, протягивая Велесу обновку, но потом её тон заметно смягчился. — Эту рубаху я сама для тебя вышила. Я же люблю тебя, милый. Примерь.

Богиня с удовольствием смотрела, как Велес снимает свою красную жилетку, обнажая стройное мускулистое тело и как одевает ею пошитую рубаху, превращаясь из мачо в нарядного кавалера. Она улыбнулась, глядя на него, и спросила:

— Нравится? Ну, а где твой подарок?

— Какой подарок? — захлопал глазами Велес. — Ты чего, Ушас? Я же только что с тропы мёртвых вернулся…

Вот хуже он сказать не мог. Пенёк с глазами! Внутри богини всё прямо так и оборвалось. Она тут, как дура, сидит, шьёт-вышивает для этого болвана бездушного, а он шляется там в своё удовольствие по тропам мёртвых и о ней совершенно не думает. Ну, хоть самый маленький, совсем малюсенький какой-нибудь подарочек мог бы принести. Так ведь нет. Вернулся, истукан деревянный, с пустыми руками.

Слёзы сами так и полились из прекрасных глаз богини.

— Зорька моя, — не на шутку перепугался Велес. — Счастье моё! Да неужели я так тебя обидел? Я же и не подумал даже, что надо подарок принести…

— Да, — вытирая кулачком глаза, пробормотала сквозь слёзы Ушас. — Ты обо мне никогда не думаешь…

— Думаю, зорька, думаю! — Велес подошёл к богине и снова попытался обнять её, на сей раз она не упиралась. — Я о тебе всегда думаю, радость моя. Только ты же знаешь, я ведь глупый и дикий. Лешие мы. Не забыла? Ну, не принято у нас с собой подарки из леса приносить. Ну, прости меня. Простишь? Да?