Не только партнеры-прагматики, с которыми, как знал Хило, налаживает контакты офис Шелеста – иностранные политики, деловые люди, образованные студенты, – но и подлинные союзники, понимающие значение клана и нефрита, пусть даже на собственный, провинциальный лад. Хило крепко хлопнул Даука Лосуна по плечу.

– Не поймите превратно, но вы не похожи на Колосса, каким его представляют на Кеконе. Хотя теперь я вижу, что в Эспении нужен именно такой Колосс. Вы остаетесь в тени, но добиваетесь своего. Мне хотелось бы, чтобы Зеленые кости были сильны по обе стороны океана. Вы поможете мне в этом, Даук-цзен?

Даук с минуту помолчал, а потом ответил:

– Надеюсь, вы поймете, если я не соглашусь на это предложение немедленно. Мы маленькая, но гордая диаспора Южного капкана, и хотя меня называют Колоссом, но лишь из уважения. Не обижайтесь, Коул-цзен, для нас вы все-таки чужак. Мы не знаем, что произойдет после того соглашения, которое вы заключили с Бригадами, не принесет ли оно еще больше проблем.

Хило убрал руку с плеча Даука и подул на ладони, чтобы согреться на холоде. Даука мороз, похоже, не беспокоил.

– Я вовсе не обижен на вашу несговорчивость, – заверил его Хило. – Вообще-то, я бы изменил свое мнение о вашем благоразумии, если бы вы согласились прямо сейчас, не поговорив с женой и друзьями. Скажу только еще кое-что, а потом давайте вернемся в дом, в тепло. Я не разбрасываюсь обещаниями. Любой, кто меня знает, вам это подтвердит. Но обещаю вам, Даук-цзен. Если вы доверитесь мне и станете союзником Равнинного клана, через пять лет мы, кеконцы, будем иметь больше влияния в этой стране, чем любая Бригада.

Колосс Южного капкана сложил ладони, коснулся ими лба и поклонился.

– Я был бы рад этого добиться, Коул-цзен.

Глава 41. Охренительно зеленый

Глава 41. Охренительно зеленый

До отъезда Колосса в Жанлун Анден встретился с Хило еще раз. Хило появился в желтом доме Хианов утром в субботу, он приехал на такси один и был одет в широкие брюки и новый спортивный пиджак, купленный в дорогом магазине у отеля «Крествуд» на улице Бейлис.

– Дядюшка Хиан, тетушка Хиан, – сказал он, – я рад возможности лично поблагодарить вас за то, что вы так заботитесь о моем кузене.

Он преподнес Хианам щедрый денежный подарок и прекрасный рисунок на шелке от известного жанлунского художника. Хианы перепугалась так, что едва могли говорить, только беспрестанно бормотали благодарности и кланялись.

– Давай сходим куда-нибудь позавтракать, Энди, – предложил Хило.

Они пошли в степенскую кондитерскую и кофейню в Лохвуде.