Шаэ, конечно же, предположила, что за атакой стоит Айт Мада. Два года так называемого мира между кланами – еще не причина считать, будто Айт Мада забыла о давнем стремлении убить Хило. Из своего домашнего кабинета Шаэ переговорила с Вуном и ключевыми сотрудниками с Корабельной улицы по телефону. Новости о бомбе уже показывали по телевизору, и офис Шелеста засыпали тревожными вопросами, не начнется ли снова война.

Шаэ не знала ответа, но велела персоналу четко дать всем понять, что выводы еще не сделаны. У нее еще оставались сомнения. Когда Айт Мада шептала имена, убийства выполнялись четко и с близкого расстояния. Бомба в машине – слишком скрытный и трусливый способ, годящийся только для людей с водой вместо крови, ведь при этом могут пострадать невинные прохожие, а тем самым убийцы невольно нарушат айшо. Такой путь не для Зеленой кости.

Цзуэн постучал в дверь и вошел в кабинет. Его нефритовая аура взбудораженно вибрировала. Как только Шаэ положила трубку, Первый Кулак сказал:

– Коул-цзен… – Его голос звучал деревянно. – У ворот только что появился человек. Он взял на себя ответственность за взрыв.

От ужаса Шаэ затошнило. Она не хочет видеть то, что покажет Цзуэн, тут же поняла Шаэ, но все же встала и последовала за Кулаком. С полдюжины Зеленых костей столпились у крыльца вокруг стоящего на коленях человека. Еще до того, как Шаэ его увидела, ей в лицо полыхнула знакомая аура. Маро был без оружия, бежевые брюки заляпаны, а голубая рубашка помята. Он сидел на пятках, опустив плечи, и уставился в асфальт перед собой. Видеть его на коленях, в окружении людей с саблями, было настолько немыслимо, что Шаэ не могла поверить собственным глазам и резко остановилась, словно приросла к земле.

Увидев ее, Маро начал подниматься. Один из людей Цзуэна положил руку ему на плечо и резко толкнул обратно вниз.

– Дайте ему встать! – возмутилась Шаэ, но Маро больше не делал попыток подняться.

Он лишь с грустью посмотрел на нее.

Это не имело смысла. Маро не мог заложить в машину бомбу. После расставания они остались в дружеских отношениях, и пусть разрыв огорчал ее и наполнял сожалениями, Маро не мстителен по натуре. Он не интересуется делами клана, не любит насилие и, как бы ни злился на нее, ничего бы не приобрел, убив Хило.

– Они сказали, что больше никто не пострадает, – тихо произнес Маро. – Так они обещали. Я бы никогда не пошел на это, если бы они могли навредить тебе или детям.

Если бы рядом было за что уцепиться, Шаэ сделала бы это, потому что у нее подкосились ноги.

– Та встреча, которую ты просил устроить с Хило несколько месяцев назад. Она произошла сегодня утром. – Понимание врезалось в мозг острым ножом. – Вот как сюда проникли убийцы.