– У него десятки людей, – пробормотала Шаэ.

– Ему нужна ты. Ты нужна семье, как мы нуждались в тебе после убийства Лана, после смерти вашего деда. Хило нужна твоя помощь в руководстве Равнинными. В такое время ты не должна исчезать на недели. – Выражение лица Вен смягчилось, но все же осталось решительным. Она взяла Шаэ за руку и усадила рядом с собой. – Мы не впервые несем потери, но впервые ты чувствуешь личную ответственность за случившееся, потому что твои добрые намерения принесли столько боли.

Шаэ уставилась на Вен.

– Но я действительно несу ответственность, Вен. – В глазах защипало, и Шаэ закрыла их на секунду, прежде чем с укором посмотреть на Вен. – Разве ты не винишь меня в смерти Кена? В том, что ты и дети чуть не погибли?

– С чего бы мне тебя винить? – сердито отозвалась Вен. – Я виню наших врагов, Шаэ-цзен, за то, что использовали в своих целях дорогого тебе человека, сделали его инструментом, чтобы нас уничтожить. Ты отняла у него жизнь, но не ты причина его смерти. А в нашем мире это большая разница.

– И какое это имеет отношение к твоему желанию вернуться на работу?

Вен встала и выглянула из окна. От солнца у Шаэ заболели глаза, но Вен по-прежнему смотрела куда-то вдаль.

– Здесь, прямо в Жанлуне, в парке на нашей территории, до нас добралась каменная рыбка, барукан, работающий на увиванского контрабандиста с острова в сотнях километров отсюда. У клана повсюду враги. Мы не только боремся с другими Зелеными костями. Мы боремся со всем миром, Шаэ-цзен. А это значит, что айшо не убережет моих детей.

Она повернулась и посмотрела Шелесту в лицо.

– Хило не желал, чтобы я влезала в дела Зеленых костей. Но угрозы клану больше не касаются только Зеленых костей. – В ее голосе звучала знакомая мягкость и резонность, но под ними слышались новые резкие нотки. – Враги готовы ударить нас из-за любого угла. Клан потерял одного Маика, а может, и двух, раз Тар практически не способен ничего делать, но не всех. Дай мне работу, Шаэ-цзен.

Вен подошла к шкафу. Она поморщилась, выбрала блузку и юбку и кинула их на кровать.

– Когда ты вызвала Айт Маду на дуэль на чистых клинках, все были потрясены, даже Хило. Но не я. Нам, женщинам, когтями приходится выцарапывать себе путь в мире, и ты слишком усердно работала ради твоего места на Корабельной улице, чтобы позволить отнять его у тебя. Но все же это может случиться, если ты не оденешься и не выйдешь из этой комнаты. Всегда найдутся люди, ищущие признаки слабости, шанса украсть то, что нам дорого. – Вен прошла мимо Шаэ к двери спальни. – Твои племянники спрашивали, не поужинаешь ли ты с нами сегодня, и я сказала, что ты придешь.