– Я не хотела привлекать к себе лишнее внимание. К тому же, мне кажется, он усвоил урок.

Амон все еще выглядел пораженным, словно оправдались его самые страшные опасения.

– Вот что! Ты больше никуда не выйдешь без сопровождения!

– Послушай! – Раиса вздернула подбородок. – Такое могло произойти с любой женщиной, задевшей самолюбие Анри Турана. Дело не в том, кто я. Сопровождение – не выход. Как мы объясним это «волкам»? Следите за ней, она самый важный ученик в этой школе?

– Я поговорю с магистром Аскеллом. Он разберется с Тураном. Мы с магистром этого так просто не оставим. – Парень нежно провел кончиками пальцев по затылку принцессы и нащупал отек. – Как ты себя чувствуешь?

– Нормально. Повезло, что у меня крепкая голова.

– И после всего, что произошло, ты отправилась смотреть на фейерверки? – изогнул бровь Амон.

– Кандальник Алистер настоял.

Амон прижал пальцы к вискам.

– Мне все это снится, да? Я сплю, и это просто ночной кошмар!

Капрал вернулся к креслу и обессиленно рухнул в него.

– Алистер разыграл собственное убийство, чтобы его прекратила преследовать королевская стража. – Раиса опустилась в кресло напротив Амона. – Помнишь, я рассказывала, что видела его у конюшни? Так вот, это был он. – Рассказав об этом, принцесса испытала удовлетворение. – Он учится в Мистверке, – добавила она.

Друг стукнул обеими руками по столу.

– В Мистверке? Но… Что он?..

– Кандальник Алистер – чародей. И вообще, его имя больше не Кандальник. Он продал серебряные браслеты, чтобы оплатить учебу. Здесь его зовут Хан.

Нахмурившись, Амон погрузился в раздумья.

– Такого просто не может быть. Чародеями не становятся. Значит, он был им всегда. – Капрал поднял глаза на принцессу. – Но каким образом заклинатель мог оказаться вором на Тряпичном рынке?

Раиса пожала плечами.

– До нынешнего вечера я не замечала в Хане ничего чародейского. Сегодня же от его рук исходила магическая сила.

Амон резко встрепенулся.