– Да вот она я, живая и здоровая. А на молитву вечером пойду. – Соль опустила босые ступни на пол, кожей чувствуя прохладные шершавые доски. Она до сих пор не могла поверить, что всё это не сон, но, кажется, ей действительно удалось. Несмотря на возмущение сестры Геры, неспящую переполняло небывалое счастье. Находиться на волоске от вечного забвения и суметь выбраться…

– Сестра Гера, она, наверное, к лекарству привыкает… – робко вмешалась Ривер. – Так ведь бывает…

– Чего ты мне тут рассказываешь? Бывает или не бывает – может, это мне лучше знать… А вдруг она завтра у меня здесь заснёт вечным сном? Отправишься в храм, а там пусть уже разбираются.

Перспектива отправиться «в храм» была одной из наиболее пугающих на всём острове. Подразумевалась под этим отправка в прихрамовый госпиталь, где больного исследовали с ног до головы, расспрашивая обо всем на свете, включая то, когда он последний раз испражнялся. А могли ещё и посадить на повышенную дозу морока, что превращало несчастного в трясущуюся гиперактивную нежить, которую приходилось привязывать к кровати. Соль поражалась, насколько же эти люди на самом деле боялись, казалось бы, столь безобидной вещи, как сон… Но урок усвоила: если угрожают храмом, лучше побыстрее прикинуться хорошей девочкой.

– Не надо в храм, всё со мной в порядке, – упёрлась Соль. – Видите? Жива, здорова, руки-ноги на месте. Мне с микстуры нездоровилось, вот я и лежала, а вы панику нагоняете. Что они потом в храме скажут? Что вы к ним отправляете всех подряд по пустякам?

– Да чтоб вас всех… – прошипела сестра Гера и зашагала к выходу из комнаты, раздувая ноздри. – Если ещё раз устроишь мне неприятности, мало не покажется…

Казалось, Соль удалось задеть хозяйку за живое. Больше, чем перед Звёзднорождёнными, она благоговела только перед старшими салиями, которые распоряжались всем из-за стен величественного храма. Показаться в их глазах суетливой наседкой Гере уж точно не хотелось, поэтому она предпочла поверить в сказки о привыкании к микстуре и лишний раз не спорить с черноглазой нахалкой.

– Ловко ты её! – восхищённо прошептала Ривер. Соскочив с кровати, она подбежала к Соль и вгляделась в её лицо так, будто что-то в нём должно было разительно перемениться. – Ну что? Как? Я так испугалась!

– Чего испугалась-то? – усмехнулась Соль. Конечно, она храбрилась, не желая рассказывать Ривер о том, что совсем недавно почти смирилась с собственной смертью, утопая в море ужаса и отчаяния.

– Я думала, ты не проснёшься, – опустила глаза та. Ривер имела привычку растягивать слова, поэтому её речь всегда звучала несколько жалобно. А сейчас – особенно. – Я никогда не видела, чтобы кто-то так долго спал… Может, только совсем в детстве…